Книга Клятва и клёкот, страница 105 – Диана Чайковская

Сытник не врал. Он оставался верным князю, несмотря на собственные тайны и помыслы. Марья подбирала слова. В обещаниях, клятвах и проклятиях надо быть осторожной: вложишь неправильный смысл – и все разрушится, сработает по-иному.

— Если все так, как ты говоришь, я попробую.

Она отложила гребень и принялась плести косу. Выходило плохо: пряди путались, точно буйные змеи. Сытник делал вид, что не замечал – и правильно. Он не смел указывать Марье даже когда она была одета в простецкую рубаху.

— Ты не пожалеешь, – его голос стал неожиданно мягким. – Я бы советовал начать в полдень.

— Как скажешь, – тепло ответила Марья. – Буду ждать вас с Горыней.

Сытник понял намек и, поклонившись, вышел. Принял бы он отказ? Наверное, попытался бы уговорить. А может, заставил бы вернуться в Гданец и сам занялся бы поисками жениха, да поскорее, чтобы Марья родила ребенка. А его-то уговорить легче.

Нет, все-таки доверять Сытнику было страшно. То ли темнил, то ли недоговаривал, то ли еще что. Вот теперь сиди да думай. Откуда это чувство? Отчего она не желала верить, что обряд пройдет просто? С малых лет внушали: бойся Совета, не доверяй чародеям, не вертись возле их стражи и помни, как велика сила. А тут – всего-то ранить ладонь и провести рукой по камням. Не вязалось со старыми записями.

Марья раздраженно откинула назад косу, подошла к окну и распахнула створки. Хортынь тонула в вязком тумане. Избы затянуло толстой паутиной, молочно-болотной, сырой, пахнущей поздней осенью. В белоснежной пелене бродили смоляные тени, безликие, с когтями и будто бы уставшие. Они не трогали людей – молча скользили мимо, изредка оглядываясь на прохожих. Слуги Лихослава, видимо.

Марью это не удивило. Следовало ожидать, что в Хортыни будет много нечисти и духов, что вились возле Черногорья или выползали из пещер. Да и после оборотничьей деревни и рассказов Сытника нечему уже дивиться.

Одна из теней подплыла к корчме и уставилась в окно. Глаз у нее не было, но Марья отчетливо чувствовала взгляд.

– Ма-ать, –раздался сиплый полушепот, – зове-о-от тебя-а-а.

— Что? – она не поверила своим ушам. – Что ты говоришь?

Руки вцепились в подоконник, крепко, так, чтобы никто не смог схватить. Но тень не собиралась нападать – поплыла дальше и завернула за чужой тын. Марья жадно смотрела по сторонам, но ничего больше не происходило: сонные горожане готовились к очередному дню и не обращали внимания на тени. А может, и не видели их.

«Мать…»

Речь не шла об умершей княгине или о Вацлаве, что находилась рядом с детства. Простой человек подумал бы о Мокоши, но Матерью теней могла быть только Морана. Это ее создания прятались в недрах гор или бродили под покровом ночи в поисках пищи. Пугающая, жестокая, холодная, она правила зимой и с неохотой ослабляла свою силу по весне.

Что, если во время обряда Марье предстоит столкнуться с ней? Нет, идти против богини – это слишком. Матерь поможет или не станет вмешиваться. А может, предостережет? Никто ведь наверняка не знал, что из себя представлял чародей.

— Эй, – из-за двери раздался голос Совы.

Марью передернуло. Надо ведь было настолько уйти в себя, что не услышать стука!

— Да, заходи, – рассеянно пробормотала она.

— Ой-ой, – удивилась Сова, – княжна, тебя что-то напугало?