Онлайн книга «По волчьим следам»
|
Чутьё подсказывало: боги на его стороне. А ещё – отравленное лезвие и Маржана. Этого должно было хватить. XVII. Потерянные души лунный лес сплетает тропы и прядёт из сказки быль: разорвётся сердце с громом – и раздастся звук копыт, но не вспыхнешь, не узнаешь ни коня, ни седока. быть тебе до смерти с нами, верить птицам и волкам, зазывать весну и лето, засыпать седой зимой, выплетать любовь из веток и шептать: «домой! домой!» 1. Хорс постепенно уходил во мрак. Его плащ развевался заревом по небу. Из-под белых облаков выступали всполохи, наливались кровью и лихо отплясывали на крышах. Боги были рядом. Они наблюдали. Как и люди – целая толпа собралась вокруг. В стороне находилась Маржана. Хмурая, уставшая, она походила на злого и голодного волчонка. Чонгар аж пожалел, что втянул её, вынудил поклясться на крови. Как будто простая девка могла противостоять вояке! Хотя спокойной жизни ей уже не видать. Не всё ли равно? Баат достал меч, Чонгар тоже оголил лезвие. Смазанное жгучеядом, оно казалось змеёй в руках. Вот-вот укусит и обречёт на погибель. На душе нехорошо скребло. Казалось, он предавал сам себя, но утешался мыслью, что лис не станет биться по-честному. Наверняка он тоже заручился чужой помощью или прихватил засапожники. Лис ударил первым, Чонгар защитился. Лезвие легло на лезвие, зазвенела сталь, загудели зеваки. Он отбился и отскочил в сторону, готовясь к атаке. Теперь настал черёд Баата принимать удар. Снова звон. Пляска продолжилась. Они кружили, изматывая друг друга. Оставалось держаться и выжидать, пока лис не допустит ошибку. Чонгар следил за каждым движением, надеясь на промах. Хорошо будет, если потеряет терпение или руки задрожат. Но пока Баат держался. Сердце стучало в пятках, волнение накатывало вместе со страхом, что он промахнётся сам. Нельзя, никак нельзя ему поддаваться, хотя руки подрагивали. Лис, видимо, заметил это и навалился всей силой, словно желая раздавить. Ничего не получилось, Чонгар отбился и отскочил в бок. Стало так радостно, что захотелось выругаться, мол, сколько ни бей, а не получишь! Баат зло зашипел и коснулся бусины. Ах, чары! Вот ведь гадость! От груди пошли золотистые всполохи, ослепляя зевак и самого Чонгара. Поняв мысль Баата, он прикрылся лезвием и замер. Волна света прошлась по мечу, лизнула рукоять и исчезла. Что ж, другого такого мига не будет. Пока Баат вертел головой, приходя в себя после ворожбы, Чонгар выставил меч вперёд и побежал, полусогнувшись. Так будет быстрее и вернее. Да и незачем бить в грудь – хватит и первой крови, лишь бы жгучеяд помог. То ли лис не оказался проворным, то ли повезло, но уклониться у Баата не вышло – лезвие прошло по левому боку, разорвав кожу. Потекла кровь. Рубаха быстро пропиталась и прилипла к телу. Витязь побледнел и повалился на землю. Эта рана не могла быть смертельной, если бы не жгучеяд. Чонгар опустил меч и тяжело задышал. Теперь можно и перевести дух, и вытереть пот. Всё закончилось меньше, чем за лучину. — Какое же, – лис с усмешкой выплюнул кровь, – красивое… солнце. А потом её стало ещё больше. Кто-то даже хотел позвать знахарок, но бесполезно – боги решили его судьбу. Морана перерезала нитку Баата. Вместе с жизнью витязя исчезла тяжесть, боль, злоба и ещё много чего. Как будто всё чёрное разом взяли и выдрали вместе с корнями, не дав закричать. И ничего не осталось. Чонгар словно стоял голым среди толпы. |