Книга Я выжгу в себе месть, страница 62 – Диана Чайковская

Вдали показалась знакомая тень. Кощей узнал старого доброго Врана, потому не пошевелился. Следом шла девка. Молодая, ладная и вполне обычная. Такие и раньше водились в княжестве. Они то хохотали, то смотрели исподлобья, то сверкали очами и просили купить монисто, усерязи или шелковую ленту. Пламя в девке тоже было. Удивительно, что на него не сбежалась стая умертвий. Может, Вран помог или старая Ягиня дала какой-нибудь оберег? Наверняка помогла какая-то хитрость, по-другому – никак.

Кощей устало зевнул. За спиной послышался шорох. Домовой вышел на крыльцо и недоверчиво фыркнул:

— Колдунством на крови пахнет.

Да, пахло, и еще как. Девка приближалась, и теперь Кощей мог разглядеть ее как следует. Не было в ней ничего такого, что могло бы испугать чудовищ. Обережные круги на рубашке? Ими только шептух смешить! Может, Вран прикрывал? Да нет, в его лапах не было ни зачарованного мешочка с каким-нибудь зельем, ни записки, ни оберега. Видимо, и впрямь Ягиня вмешалась. Только как?

Кощей знал Навье царство лучше, чем хотел бы. Так или иначе, но девка дошла к нему целой и невредимой. Да, на щеках не алел румянец, а в глазах не светился озорной огонек, но это было естественно. В мертвом мире не сияют – скорее гаснут. Все равно девке еще жить да жить. Может, и детей успеет нарожать или воспитает ученицу. Скорее последнее, если порядки не изменились. При Гневолоде ведьмы не ходили замуж, не рожали детей и жили в стороне от селений, там, куда не ходили добрые люди.

— Здравствуй. – Вран приземлился возле порога.

— Какое тут, – усмехнулся Кощей. – Вижу, ты не один.

— Я Василика, – сказала девка. – Меня прислали к тебе.

— Знаю, – махнул он рукой. – Проходи, располагайся и ничему не удивляйся.

Кощей до последнего не верил в то, что Василика и впрямь дойдет. Умертвия, шептухи и прочие твари сожрали не одну молодицу, оказавшуюся в мертвом царстве. Только на памяти Кощея их было около тридцати. Духи Нави нередко завлекали ведьминых учениц за Грань, а потом пожирали. Спасать таких – только тратить силы зря. Некоторых Кощей спас, но через время те же девки снова явились, одурманенные духами. Бесполезное и неблагодарное дело. Поэтому он просто убивал чудовищ, которые бродили неподалеку и попадались под руку.

Гостья вызывала у него любопытство, но Кощей не хотел напугать девку. Кивнув Врану, он пошел следом за ней через порог, выстланный чьими-то ребрами. Василика морщилась. Да, костяной дом – не самое приятное зрелище, особенно для молодицы.

— Угощать нечем, – пожал плечами Кощей. – На мертвой земле ничего не растет, но можно зажарить умертвий, если захочешь.

— Благодарю, но, пожалуй, откажусь. – Василика ощупала лавку, такую же костяную, как и все остальное, убедилась в ее прочности, присела и принялась развязывать увесистую котомку.

Кощей надеялся, что Ягиня догадалась дать девке с собой мяса. Да уж, до чего малодушным стал. Одичал среди нечисти. Удивительно, что сохранил человеческий облик.

— У меня есть ягодные пироги. – Василика достала снедь. – Будешь?

— Не откажусь.

Он принял угощение и с аппетитом начал есть. Вкус еды отдавал чем-то далеким и непривычным. Кощей даже не пытался вспомнить. Подобные чувства он испытывал каждый раз, когда Вран приносил ему гостинцы от ведьм – щедрый кусок мяса или свежий хлеб с медом. Кощей был рад всему, в его положении перебирать не приходилось.