Книга Я выжгу в себе месть, страница 33 – Диана Чайковская

Жаль было сил и времени – сколько на девку перевела, а ведь у нее самой не так много осталось! А потом Леший принес полуживую Василику и, нахмурившись, сказал, что она сама, собственными руками, отвергла Мрака, воззвала к ворожбе, и та отозвалась.

— Ты бы видела ту полянку. – Хозяин Леса тряхнул мшистой головой. – Засияла вся, свет заструился по округе, распугал моих деток, а Мрак, Мрак-то как завопил, зарычал, а после и вовсе унесся куда-то! Если твоя девка такое сотворила, – глаза Лешего полыхнули пламенной зеленью, – то быть ей нашей ведьмой, не иначе.

Прихоть Богини-Пряхи, по-другому и не скажешь. Леший оставил тело молодицы у ворот, а сам исчез. Домовой помог затащить Василику на полати. Ягиня быстро осмотрела ее: да, живая, здоровая, только высушенная и обессиленная, но оно и неудивительно. Пришлось напоить девку отваром из полыни и мяты. Да, горько, только как иначе?

Ягиня поймала себя на мысли, что впервые за долгое время растеряна, не знает, что делать, как поступить: наказать ли, похвалить или сделать вид, словно ничего не было? Нет, делать вид, что ничего не произошло, нельзя – Мрак наверняка попробует снова. Не отступится упрямец, особенно после того, что случилось.

Значит, придется совершить давно задуманное, и пусть Кощей хоть проклинает, хоть ругает ее. Она научит Василику проходить мимо духов Нави, подготовит обереги, а после… После молодица отправится туда, где Мрак ее не найдет. Ягиня надеялась на благородство обитателя Нави. В конце концов, он был и живым, и человеком. Чутье подсказывало ведьме, что раз Василика справилась с Мраком, то и с Кощеем сумеет совладать.

— Не обидит он ее? – с беспокойством спросил Всполох. – Все же он… жуткий. Ты его не видела и не знаешь толком.

— Не знаю, – хмыкнула ведьма. – Но сердце у нашего Бессмертного доброе, хоть он и пытается это скрыть.

Кислица всегда учила не слушать, а смотреть на поступки. Часто бывало так, что на языке у людей вертелось одно, а делали они совершенно другое. Ягиня усвоила это еще молодицей. И Кощей, как ни пытался, не мог скрыть своего интереса к живым. Не зря тянулся к ведьмам и – даже больше – помогал им, присылая мертвую воду. Другой на его месте отвернулся бы от всех, язвительно отвечал бы на мольбы и не гонял бы лишний раз Врана через Навье царство.

Но Кощей помогал – давал советы, подсказывал, как правильно обращаться с мертвой водой, раскрывал разные хитрости и читал все письма. И ничего не просил взамен. Ягиня однажды спрашивала об этом, но Бессмертный ответил уклончиво и предложил писать побольше. Нет, не чуждо ему было человеческое – очень даже наоборот. Он ругался, ворчал, но при этом никогда не подводил. Конечно, Кощей мог прийти в ярость и сделать ведьме назло, нарочно причинив Василике боль, но… Это невозможно было себе представить, ведь Бессмертный все же не был лишен благородства. А Василика если дойдет до его дома, тем самым докажет свою силу.

Не каждая девка могла отвергнуть Мрака. Не каждой дано было ступить на край Навьего царства. И если уж Смерть не приняла Василику, то и не примет в ближайшие годы.

— Ты хорошо подумала? – спросил Всполох шепотом, боясь разбудить спящую молодицу.

Ягиня опять перетасовала потертую колоду карт и вытянула три верхние. Гадание всегда направляло на верный путь.