Онлайн книга «Сказки печали и радости»
|
Настенька замерла, огляделась беспомощно, словно ждала, что из глубины зала выйдет к ней старик в тяжелой шубе, с ледяным посохом, посмотрит на нее глазами глубокими и жуткими и спросит… Маришку прошиб озноб. Она не знала, что бог мороза, существуй он на самом деле, спросил бы у сестры. Но она догадывалась, что она ответит. В насмешку обожгло воспоминание: жалящая, секущая вьюга, пробирающий до костей холод, тело, онемевшее и непослушное – и шепот на грани сна и бреда. «Тепло ли тебе, девица?» — Отец велел тебе ответить, что все хорошо и тепло, ведь так? – едва разжимая губы, спросила Маришка, и Настенька сжалась вся, как зверек перед неминуемым ударом. — Откуда ты знаешь? Маришка улыбнулась, криво и невесело. — Потому что это неправильный ответ. Даже больше – глупая и бесстыдная ложь. — Нет! – Настенька вскинулась, даже глаза заблестели – она и впрямь верила в истинность слов, вложенных в нее отцом. – Ты не понимаешь! Весь обряд – он о послушании и смирении! О нашей стойкости, о том, что даже перед лицом лютого холода мы остаемся вежливыми и покорными! Если… если я отвечу другое, он разгневается и всех нас заморозит… Она даже говорила словами отца, его проповедями. Если попытаться объяснить ей, что не может бог мороза разгневаться, что нет у него ни воли, ни чувств – она просто не услышит этого, не поймет и не поверит. Не захочет верить. И как найти верные слова, как убедить ее? Маришка взглянула на ледяного духа, и ей почудилось, что в его глазах мерцают понимание и надежда. Или она очень хотела в это верить. — Послушай, – медленно подбирая слова, заговорила она, остро чувствуя, что сейчас все зависит от нее, от того, сможет ли она переубедить сестру. – Мы привыкли к морозу, привыкли, что даже в избе у печи нужно кутаться в платки и кофты, чтобы не мерзнуть. Мы привыкли, приспособились, вытерпели. Мы уже были покорными и послушными – много, много лет. Но никто не смилостивился над нами. Так может, мы все делаем неправильно? Ведь никто уже не помнит, как возник этот обряд… «А если я расскажу, решат, что рехнулась». Настенька колебалась, ежилась зябко в платье, нервно терла покрасневшие пальцы. Ей все еще было холодно. И Маришка совсем тихо добавила: — Тепло приходит только перед смертью, когда бог своим дыханием твою кровь леденит. Ты же и сама это знаешь, ты же чуть не замерзла. Разве только тогда тебе не было тепло? Она вздрогнула, дернулась как от удара и, едва шевеля губами, прошептала сдавленно: — Да… только тогда и было. Словно дождавшись знака, ледяной дух шагнул к экрану и зачитал текст, ровно и без эмоций. От механического холода в его голосе Маришку передернуло. — Прошу предоставить контрольную информацию о текущем состоянии климата. Настенька снова дернулась и зажмурилась и не видела уже, как с одинаковой надеждой на нее смотрят и Маришка, и ледяной дух. Она набрала воздуха в грудь, и в этот момент Маришке показалось, что она сама забыла, как дышать. — Холодно! – Так и не открыв глаза, почти выкрикнула Настенька и обхватила себя за плечи. – Очень холодно! И шепотом добавила: — Что же я батюшке скажу? Маришка судорожно выдохнула и шагнула к сестре, прижала ее к себе. — Ничего не говори. Они потом поймут, что ты всех нас спасла. * * * |