Книга Бессмертник, страница 8 – Надя Сова

— Дырку во мне проглядеть решил? – Взгляд у Брюта был светлый, цепкий.

— Пытаюсь понять, откуда пчёлы полетели.

— Как ты попал в Стражу, если ничего про пчёл не знаешь? – беззлобно подколол стажёра Брют.

Глеб обиделся и снова переключил внимание на анафида. Бес продолжал медленно двигаться вдоль стены, помогая себе длинной рукой. Вторую он прижимал к груди.

— Ощущение, будто его ранили, – задумчиво сказал Глеб, проводя рукой по коротко стриженной макушке.

— Долго ещё будем кино смотреть? – одёрнул их Скат Иваныч.

Брют двинулся вдоль улицы, стараясь держаться параллельно чудовищу. Глеб шёл следом. Скат Иваныч остался стоять на месте, хмуро глядя на анафида. Людей с улицы убрали тем же незримым роем пчёл, чтобы не мешались и не стали случайно жертвой беса.

Всякий-разный обратил наконец внимание на Стражу и остановился. Обернулся, посмотрел назад, поскрёб лапой асфальт, а потом дико заорал и бросился на Глеба. Тот не ожидал такой прыти, споткнулся и полетел прямо в лапы чудовища. Брют тут же оказался рядом, начертив в воздухе охранный знак, который с силой толкнул анафида в сторону Ската Иваныча. Босс был готов. Из-за спины он достал огромный серп, одним отточенным движением махнул лезвием, и Глеб услышал глухой стук на другом конце улицы. Голова всякого-разного катилась далеко от тела, распадаясь на грязные ошмётки.

— С нечистью, нарушившей договор, разговор короткий, – отрезал Скат Иваныч.

Глеб смотрел, как развалилось тело анафида, а лёгкий порыв ветра лишил возможности разглядеть, что раньше тут что-то было.

— А говорил, придётся побегать, – проворчал Брют. – Зря парней только отвлекли.

— Не зря. – Скат Иваныч смотрел в сторону, куда улетела голова чудовища.

Рядом стояла фигура, наклонив голову набок, и смотрела на Стражу.

— Что, ещё один? – простонал Глеб.

— Видимо, тот, что первого ранил, – согласился Брют.

Фигура не стала ждать, пока Стража начнёт действовать, она шустро наклонилась, подхватила с земли прах головы и метнула его в Ската Иваныча и его подчинённых.

— Ложись! – рявкнул Скат Иваныч. – Глаза закрыть!

Глеб опять замешкался и почувствовал, как чёрный туман заволакивает улицу и начинает разъедать глаза.

— Дурень, что тебе сказано! – Скат Иваныч пнул стажёра по ногам, и тот грохнулся на спину.

— Это что за колдовство? – просипел Глеб, жмуря глаза, которые неистово жгло.

— Развеется, будешь выяснять, – ответил босс.

— Два нападения рядом, ещё и в центре, – проговорил Брют где-то рядом.

— Расслабились, – бросил Скат Иваныч.

Брют хотел возразить, но передумал. Толку в этом не было никакого. Пустая перепалка на загаженной улице.

Чёрный туман держался недолго. Не стал дожидаться, когда появятся Волчков и Зябликов, поднялся вверх и растворился среди домов.

— Бардак, бардак, – ворчал Скат Иваныч, поднимаясь и отряхивая одежду от пыли.

— Босс, людей пускаем? – спросил Брют.

Скат Иваныч кивнул.

Пустая улица тут же стала многолюдной.

Три стражника смотрели, как заполняются кафе и лавочки в самом центре города. Никто и не заметил, что буквально пять минут назад ходу на эту улицу не было.

— Знаете, – подал голос Глеб, – а в целом-то всё неплохо.

— В плане? – уточнил Брют.

— Теперь у нас есть первый подозреваемый.

* * *

Поезда и вокзалы всегда вызывали ощущение грядущего приключения. И неважно, едешь ты в соседний город или просто на дачу. Суета, объявления, которые озвучивают настолько невнятно, что о смысле остаётся только догадываться, – всё это дарило чувство, что грядут изменения в привычной рутине. С этого всегда начиналось путешествие Норы к родным.