Книга Станция Лихо, страница 79 – Надя Сова

— Вопрос, – подал голос Стас, – а на Льва действуют слова?

— Должны, как и на любого другого человека, – сказал Як.

— На этого подлеца только розги подействуют! – возмутилась Матрона Михайловна. Она вытирала кухню после готовки, в воздухе еще стоял густой запах пирожков. Запах дома.

Лев влетел к нам растрепанный и злой.

— И какого вы еще не собрались? – набросился он. – Там южное сопротивление пытается спасти оставшихся жителей, а вы тут чаи гоняете? Расслабились, только на мелкие вылазки годитесь! Рисуй знак для перехода, у нас нет времени!

Хлопнув дверью, он ушел. Ничего общего с тем приятным и красивым молодым человеком со встречи не было. А вопросов появилось еще больше.

— А как вы по городу передвигаетесь?

— Ногами.

— Это же долго.

Як угрюмо посмотрел на меня:

— И что? Народ, конечно, давно интересуется, почему мы не наберем себе машин, рядом же дилерский офис закрытый, там их полно. Но есть условие, поэтому пользуемся только «Патриотом».

— В смысле условие?

— Если возьмем больше, то всякие-разные поломают… Давай тебе Матрона Михайловна все подробнее расскажет. – Як устало вздохнул. – А я пойду исполнять волю босса.

Он тихо ругнулся себе под нос и ушел с кухни. Стас утек за ним следом, а я перевела взгляд на Матрону Михайловну.

Она закончила с уборкой, поставила тарелку с готовыми пирожками на стол и села рядом.

— Извини за тот приступ, не хотела тебя пугать, да и знать не знала, что такое может случиться. – Вид у Матроны Михайловны был очень виноватый.

— Нора объяснила, не переживайте, – поспешила я успокоить старушку. – У меня вопрос.

— Почему все резко перестали интересоваться, откуда ты?

Я промолчала и опустила глаза.

— Это часть условностей.

— Что такое условность?

— Ну, например, чтобы что-то получить, надо сделать определенное действие. Сначала это было просто: если вернулся, посмотри в зеркало; если дарят нож, дай за него любую монетку. Но со временем цена условности выросла. Чтобы сопротивление жило нормально, у него должна быть одна машина. Чтобы знаки работали, в них надо верить.

— Не все условия логичны. У старых хотя бы логика была. Да и у нас они пользуются популярностью. А тут логика какая-то вывихнутая.

Матрона Михайловна улыбнулась.

— Здесь другое отношение к жизни, – продолжила она. – У вас она конечна, у нас будет вертеться по кругу столько, сколько крутится Колесо. Но это не значит, что мы готовы бросаться на новый круг хоть сейчас. Мало удовольствия начинать все сначала.

— А вы свои прошлые жизни помните?

— Нет, только столетницы помнят, им надо.

С улицы послышались крики Льва, который уже собрал всех участников северного сопротивления и теперь выдавал какие-то инструкции. Окна кухни выходили на основную дорожку, и мне хорошо было видно, как недовольна Нора. Девушка скрестила на груди руки и молча смотрела, как суетится сопротивление. Рядом с ней стоял рогатый ворон, сгорбив спину, почти выставив рога вперед.

Когда Лев проходил мимо них и что-то говорил, Нора коротко отвечала. Як рисовал на стене соседнего дома знак: длинная палка, наверху как стрела, внизу основание, точки по бокам, еще стрелочки в разные стороны. Наверное, тот самый знак перехода.

— Он их сам все придумал, – не без гордости сказала Матрона Михайловна.