Книга Тихие гости, страница 17 – Татьяна Мастрюкова

— Да с Зелёнова ж пес. Ихний. Не кажную зиму к нам прибегает. А то ж! Не знаю, чейный. Не мой. Но с Зелёнова. Как чует, что живут здеся такие, навроде вас. Не мой, не знаю чей.

Мы с девчонками удивленно переглянулись. До Зелёнова надо было идти через лес не меньше часа, а может, и того больше. И это летом, когда дорога более-менее сухая! А зимой, когда навалит снегу, наверняка вообще не дойти, не доехать. Никто из нас в Зелёново не был. Вроде бы там даже магазин имелся, но кто знает...

— А энтот... Ни тама, ни тута. Чёт прибег. Учуял, поди, вас. Не мой, не звала.

Раз двадцать повторила, что пес незнакомый и вообще ей не принадлежит. Какая же назойливая старуха! Мы из вежливости кивали, делали вид, что нам интересно, и никак не могли избавиться от ее совершенно ненужной болтовни. Наконец я сообразила вырвать у Лерки из рук лопату и понесла в дом, якобы убрать инвентарь. Девчонки потом были злы на меня, что не смогла и им придумать подходящую отмазку.

Развешивая мокрые перчатки на едва теплой печи, я вспомнила:

— Слушайте, те автобусные пенсионерки тоже про Зелёново говорили.

— Ага, Вадимка, парень хоть куда, — передразнила Лера.

— А прикиньте, что этот бедный пес и есть Вадимка!

— Папа рассказывал, что местные, когда на работу в город уезжают, своих собак на цепи оставляют, чтобы дом сторожили. Потом приезжают раз в неделю и кормят их.

— Бред какой-то! — возмутилась Соня. — Живодеры! Да кто вообще сюда полезет?

— Наркоманы. Маньяки-убийцы, — предположила Лера.

— Ну да, надо им зимой в мороз тащиться в Шилиханово. Ни наркоты, ни жертв. Только собаки на цепи. Безмолвные.

— Вот-вот, — поддакнула я. ~ Тем более что в Шилиханово своих маньяков хватает.

Девчонки вылупились на меня, будто я сообщила невесть какую сенсацию. А чего Валерии удивляться, ведь она же мне эту байку первая и поведала.

— A-а, ты про Криксиных? — наконец дошло до нее. Соня же ничего про местных злодеев не слышала. На самом деле довольно жуткая история. Их было два брата, Криксины. Огромные амбалы, сильные, но совершенные отморозки. Постоянно ко всем приставали, при малейшем конфликте лезли в драку. Сразу били со всей силы, а при виде крови дурели. Говорили, что единственный способ утихомирить Криксина — это ударить его со всей силы по голове. Или позвать старушку-мать — совсем плохенькая, все же кое-как она сыночков своих сдерживала. Но лопатой по голове было надежнее. Череп у братьев был на редкость крепкий, и многочисленные «утихомиривания» особого вреда им не причиняли, во всяком случае, внешне.

Один из братьев даже отсидел в колонии для, малолетних, когда подростком кого-то покалечил; Второй буянил, но без брата уже не с тем размахом. Когда тот вернулся, оба за старое взялись. К тому, времени мать их умерла, и увещевать бешеных братьев стало некому. В конце концов один из братьев спьяну убил человека. Не в Шилиханово, а в другой деревне. Пятнадцать лет все радовались, потому что оставшийся Криксин вроде как остепенился. То есть не сильно дрался, даже работать пытался. У него появилась женщина, стали они в родительском доме хозяйство вести. Правда, он со своей сожительницей выпивал и дрался, но не до крови, а, можно сказать, полюбовно.

Когда убийца вернулся домой, брат ему, конечно, уже не сильно рад был, особенно его сожительница сокрушалась, что хозяйство надо с кем-то делить. Но сначала вроде оба тихо себя вели. Так полгода где-то прожили, до зимы дотянули.