Книга Радио «Морок», страница 70 – Татьяна Мастрюкова

О, А ТЫ ЧЕГО ДЕРНУЛСЯ-TO? ЭТО МУХА ОТТАЯЛА. СМОТРИ, СМОТРИ! ПОБЕЖАЛА. ПЕЧКУ РАСТОПИЛИ. ВОТ И ПОВЫЛЕЗЛИ СО ВСЕХ ЩЕЛЕЙ. МОЖЕТ, ЕЩЕ МЫШИ ПОДТЯНУТСЯ.

А ИЗБУШКИ ОБЫЧНО ВОЗЛЕ РЕЧЕК ПОБЛИЗОСТИ СТОЯТ. ЕСЛИ РЕЧКИ НЕТ, ТО ДАЖЕ РЯДОМ С БОЛОТОМ СТАВЯТ. ЧТОБЫ ДО ВОДЫ НЕДАЛЕКО БЫЛО. ВОТ И ЭТА ТОЖЕ ОТ РУЧЬЯ НЕДАЛЕКО. И НЕПОДАЛЕКУ СТАРАЯ ЗАБРОШЕННАЯ ЗАСИДКА НА ВЕРШИНЕ РАСПАДКА. РАСПАДОК — ЭТО КАК БЫ ДЛИННАЯ ЛОЖБИНА МЕЖДУ СОПКАМИ. МЕЖДУ ГОРАМИ.

ЗАСИДКА КРЕПКАЯ, СТАРЫЙ СОЛОНЕЦ Я ПОДГОТОВИЛ И ПОШЕЛ ТУДА КАРАУЛИТЬ МАРАЛА. НЕ ОСОБО СЛОВАМ НИКОЛАЯ ПРИДАЛ ЗНАЧЕНИЕ. МОЖЕТ, ОН, КАК ГОВОРИТСЯ, НАСВИСТЕЛ МНЕ. НУ В ЗДРАВОМ УМЕ КТО СРАЗУ В ТАКОЕ ПОВЕРИТ, ПРАВДА ЖЕ? Я ЖЕ НИКОЛАЯ-ТО НЕ ОСОБО БЛИЗКО ЗНАЛ. МОЖЕТ. ОН ШУТНИК, ВОТ И РЕШИЛ, МОЖЕТ БЫТЬ. ПРИКОЛОТЬСЯ. БРАЛ МЕНЯ НА СЛАБО, МОЖЕТ.

ЛАБАЗ ПРИБИТ ВЫСОКО, НА САМОЙ ВЕРШИНЕ ДЕРЕВА.

К СЛОВУ, ЕСЛИ ИЗБУШКОЙ МОЖЕТ ЛЮБОЙ ПОЛЬЗОВАТЬСЯ, ПОЖАЛУЙСТА, ТО ВОТ НА ЛАБАЗЕ НЕТ, ТАМ УЖЕ НЕЛЬЗЯ ЛЕЗТЬ. ЭТО ДРУГОЕ. ЛАБАЗ КОНКРЕТНОГО ХОЗЯИНА ИМЕЕТ. В СТАРЫЕ ВРЕМЕНА, ЕСЛИ ЧУЖАКА ОХОТНИК ПОЙМАЛ НА ЛАБАЗЕ НА СВОЕМ, ОН У НЕГО ЗАБРАТЬ РУЖЬЕ ДАЖЕ ИМЕЛ МОРАЛЬНОЕ ПРАВО. И ПОЖАЛОВАТЬСЯ НЕКОМУ. ЭТО, СЧИТАЙ, ВТИХУШКУ ВОРУЕШЬ У СВОИХ, КАК ГОВОРИТСЯ, КРЫСЯТНИЧАЕШЬ. ТАКОЙ НЕПИСАНЫЙ ЗАКОН.

ТАК ВОТ ДОБИРАЕШЬСЯ К ЛАБАЗУ БЕЗ ДОРОГ, САМ С СОБОЙ. КРУГОМ КРАСОТА, КОНЕЧНО. ПТИЦЫ ЗАЛИВАЮТСЯ. КЕДРОВКИ ВЕРЕЩАТ, ЗА ШИШКИ ДЕРУТСЯ. ДЯТЕЛ БАРАБАНИТ. ОТЛИЧНО ШАГИ СКРЫВАЕТ: ДРЕЛЬ ДЯТЛОВА — ШАГ, ДРЕЛЬ — ШАГ. ВСЕ ЗЕЛЕНОЕ, МХОМ, КАК ПОКРЫВАЛОМ, УКРЫТО. И ПОД НОГИ НАДО ВНИМАТЕЛЬНО СМОТРЕТЬ. А ТО ВОН МЕДВЕДЬ КОПАЛ БУРУНДУКОВ, ЯМУ ОСТАВИЛ, НЕ ЗАМЕТИШЬ — ПРОВАЛИШЬСЯ, НЕ ДАЙ БОГ, НОГУ ПОВРЕДИШЬ. И ЛУЧШЕ С МЕДВЕДЕМ НЕ ВСТРЕЧАТЬСЯ. ОН — ОДНОЙ ДОРОГОЙ, ТЫ — ДРУГОЙ, ДРУГ ДРУГА УВАЖАЕТЕ И НЕ ПЕРЕСЕКАЕТЕСЬ. НУ ОСОБЕННО ПОСЛЕ ЭТОЙ ИСТОРИИ. ХОТЯ МЕНЯ БЫ НИКОЛАЙ СКОРЕЕ О ЛЮДОЕДЕ ПРЕДУПРЕДИЛ, ЛОГИЧНО ВЕДЬ. И ОХОТОВЕД В ПЕРВУЮ ОЧЕРЕДЬ. ЕМУ НА ХОЗЯЙСТВЕ СОВСЕМ ПРОБЛЕМЫ НЕ НУЖНЫ, СОГЛАСИТЕСЬ. НУ, ПОНЯТНО, ЧТО МНОГО ЛЕТ ПРОШЛО, НО МАЛО ЛИ ЧЕГО. ПРЕДУПРЕДИЛ БЫ, КОНЕЧНО.

НО НА САМОМ-ТО ДЕЛЕ В ЛЕСУ СПОКОЙНЕЕ ДАЖЕ, ЧЕМ В ГОРОДЕ. И ГЛАЗУ ПРИЯТНО, И СЕРДЦУ МИРНО. ТЫ НИ К КОМУ НАПРАСНО НЕ ЛЕЗЕШЬ, И ТЕБЯ НЕ ТРОГАЮТ. ТАК РАЗВЕДЕШЬ КОСТЕРОК, ЧАЮ ВСКИПЯТИШЬ С САХАРОМ, ПАЛОЧКОЙ ПЕРЕМЕШАЕШЬ, ПОКУРИШЬ, ЖДЕШЬ НОЧИ. ТАК ПОКОЙНО НА ДУШЕ, ХОРОШО. ДО РОСЫ НАДО НА ЛАБАЗ ЗАЙТИ.

ВОТ СИЖУ НА ЗАСИДКЕ. СРАЗУ СЕБЕ ПРИМЕТИЛ ОРИЕНТИРЫ, ЧТОБЫ СЛЕДИТЬ ИМЕННО ЗА СОЛОНЦОМ. ТАК-ТО НОЧЬЮ НИЧЕГО НЕ РАЗГЛЯДИШЬ, ТОЛЬКО ЗВУК СЛУШАЕШЬ. ЧУВСТВА-ТО В ОДИНОЧЕСТВЕ ВСЕГДА ОБОСТРЯЮТСЯ, ОСОБЕННО В ЛЕСУ. ТЫ ТУТ НЕ ХОЗЯИН. ПОЭТОМУ НАДО ОЧЕНЬ ХОРОШО СМОТРЕТЬ, ЗАПОМИНАТЬ ВСЕ, ДАЖЕ ЗАПАХИ, И ОСОБЕННО ВНИМАТЕЛЬНО СЛУШАТЬ.

ЛУНА НАД ЛЕСОМ ВЫПЛЫВАЕТ, БОЛЬШАЯ, КРУГЛАЯ. А ВСЕ РАВНО ТЕМНОТА НЕПРОГЛЯДНАЯ, А ВОКРУГ ЧАЩА НЕПРОЛАЗНАЯ. ТОЛЬКО РУЧЕЙ НЕВДАЛЕКЕ ШУМИТ. ЕГО-ТО ВСЕ ВРЕМЯ СЛЫШНО. ТАКОЙ ШУМ УСПОКАИВАЮЩИЙ, НАДЕЖНЫЙ. ЗНАЕШЬ, ЧТО ОН-ТО ТОЧНО ТЕБЯ НЕ ПОДВЕДЕТ.

СИДИШЬ, ВСЛУШИВАЕШЬСЯ. МАРАЛ — ЗВЕРЬ ОЧЕНЬ ТИХИЙ, ПОДХОДИТ НЕЗАМЕТНО. В ПОЛНОЛУНИЕ ОСОБЕННО ТИХО ИДЕТ. ТОЛЬКО КОГДА НАЧИНАЕТ ГРЫЗТЬ СОЛОНЕЦ, ЗУБЫ ГРЕМЯТ, ВОТ ТОЛЬКО ТАК ПОНИМАЕШЬ, ЧТО ОН УЖЕ ЗДЕСЬ.

ТИХО. СОВА ПРОТЯЖНО УХАЕТ. ИНОГДА ВОТ НА НЕЕ ВНИМАНИЯ НЕ ОБРАЩАЕШЬ, ПТИЦА И ПТИЦА НОЧНАЯ. А ИНОГДА ЗАДУМАЕШЬСЯ О ЧЕМ-ТО, ВСПОМИНАТЬ НАЧНЕШЬ ЖИЗНЬ СВОЮ, И ТОГДА-ТО УХАНЬЕ НЕПРИЯТНО ПО ДУШЕ СКРЕБЕТ. НО ЭТО РЕДКО, КОНЕЧНО. НЕЛЬЗЯ СЕБЯ НАКРУЧИВАТЬ, КОГДА ТЫ ЕДИНСТВЕННЫЙ ЧЕЛОВЕК НА МНОГО КИЛОМЕТРОВ. НО СРЕДИ ОХОТНИКОВ ТАКИХ И НЕТ, ПОТОМУ КАК ЭТО ВЕРНАЯ СМЕРТЬ. НАЧНЕШЬ СЕБЯ ЖАЛЕТЬ, И ПРОХЛОПАЕШЬ ВСЕ НА СВЕТЕ.