Книга Эпоха безумного короля, страница 44 – Анастасия Райнер

Протектор опустился в кресло и жестом пригласил Анну сесть напротив. Достал из кармана ключ, открыл верхний ящик стола и взял оттуда кожаную папку.

— Вы воспитывались в сиротском приюте Волингара? – уточнил он, пролистывая бумаги.

Анна кивнула, после чего обхватила себя руками и сжала колени. Тело реагировало странным, ноющим волнением.

— С какого возраста?

— Сколько себя помню. Родителей я не знала.

Гесс нахмурился.

— Мисс Блан, будьте любезны, перечислите поименно всех работников приюта, которых помните. – Отложив папку, он сцепил пальцы в замок и склонил голову набок. Несколько светлых прядей упали ему на лоб.

В приюте Анне не нравилось, поэтому она старательно вытеснила из памяти все с ним связанное, а если какие-то фрагменты воспоминаний все же вспыхивали в голове, она стремительно их гасила.

— Вам настолько сложно? – в голосе Гесса сквозило недоверие. Его глаза сузились и опасно блеснули. – Назовите хотя бы несколько имен, чтобы мы могли идти дальше.

Имена вертелись на языке. Анна закрыла глаза, пытаясь вспомнить, верные ли они. Уверенности в этом не было, память все-таки подводила. Проклятье! Анна слишком боялась, это мешало собраться с мыслями, а если начнет придумывать, Гесс проверит сведения и все поймет. Какая-то безвыходная ситуация.

Острая боль пронзила виски: организм не выдержал последствий недосыпа и стресса. Анна сжала переносицу, стараясь ослабить неприятные ощущения. Ей не хотелось ворошить тяжелое прошлое и не хотелось играть по правилам протектора, все в ней этому противилось. А потому она решила обмануть ожидания протектора, тем самым меняя правила игры.

— Впустую тратите время, – отозвалась она как можно жестче и закинула ногу на ногу, чтобы придать себе уверенности. Леди так не сидят перед мужчинами, но ей плевать: она не из высшего общества.

— У меня-то времени много, но у вас его нет вообще. Прямо сейчас Изабель Дайер может быть при смерти или даже мертва. Кто знает, в какую опасность могла угодить бедняжка? Вместо того чтобы искать ее там, – Анна махнула рукой на окно, – вы ищите ее здесь, в этом кабинете. Но это ошибка.

Гесс не шелохнулся. Казалось, стал еще более неподвижным. Это пугало. В такие моменты Анна отчетливо видела, насколько он неживой. Насколько ненормален сам факт его существования. Такие, как он, бледные и бездыханные, должны покоиться в могиле глубоко под землей, а не ходить под солнцем бок о бок с живыми. Солнце – дар жизни, ее благословение. Оно не должно служить вампирам, это же так неправильно. Противоестественно. Солнце должно принадлежать только живым.

— Я был бы рад ошибиться, – наконец изрек он, и эта фраза прозвучала донельзя странно. – Однако выводы делать рано.

Анна всплеснула руками. Тщательно сдерживаемые эмоции наконец вырвались наружу:

— Тогда введите меня в гипноз и сделайте уже наконец эти самые выводы! Сразу убедитесь, что я не лгу!

— Это не метод, – уклончиво проговорил Гесс. Он запустил пальцы в волосы и откинул их назад, чтобы не мешали. Несмотря на вспышку Анны, он все еще был расслаблен. И в расслабленном состоянии его фигура выглядела не менее внушительно, не менее опасно.

— В таком случае знайте: я не намерена отвечать на ваши нелепые расспросы. Хотите и дальше терять время – пожалуйста. Но я не стану вашей марионеткой, потому что ни в чем не виновата.