Книга Заклятые в любви, страница 148 – Анастасия Райнер

— Не он?.. – Эйприл растерянно поднесла ладонь к шее, а затем сжала пальцами маленькую золотую кошку.

— Нет!

— Я догадывалась, что что-то не так… – выдохнула она. – Интуитивно чувствовала, но каждый раз отметала эти догадки… Так, значит, это и правда … Ты? Каждый раз?

— Эйприл, черт тебя дери, я люблю тебя! Люблю больше жизни! Пожалуйста, дай мне шанс доказать тебе это! Показать, что я могу и хочу быть лучшей версией себя ради тебя одной! – Он говорил быстрее и быстрее, словно у него заканчивалось время. – Ты уже давно растопила мое сердце, так позволь растопить твое! Ты можешь позволить себе чувствовать. Ты заслуживаешь того, чтобы испытывать что-то хорошее! Не заставляй себя отказываться от этого! Позволь себе испытать это со мной!

Он не заметил, как снова оказался рядом, рассматривая каждую слезинку на ее лице. Он смотрел на нее так, словно она была единственным, что имело значение в этом мире. Его собственнический, жадный взгляд заставлял ее кровь вскипать. В тусклом свете его серебристые глаза мерцали.

Не выдержав, Эйприл обхватила его лицо руками и почти произнесла то, что давно рвалось из ее груди. Но она заколебалась и промолчала. Она боялась признаться, что любит его, думая, что ошибается. Ей казалось, что она обречет себя на погибель, если признает это. Если какие-то важные вещи остаются невысказанными, значит, ничего и не изменится в худшую сторону. Значит, что-то не разрушится, не разобьется, не сломается окончательно. Она не могла позволить этому случиться. Если она сдастся, то это разрушит ее или их обоих.

— Я не могу, – прошептала она.

В этот момент Эван почувствовал себя настолько опустошенным, что казалось, вот-вот рухнет. Схватив ее за плечи, он притянул Эйприл к себе и прижался лбом к ее лбу. Они простояли так с минуту, прежде чем она высвободилась.

— Прости, я пойду. – С этими словами Эйприл судорожно вздохнула. На ее лице читалась жуткая усталость.

Эван не стал ее удерживать. Плотно сомкнув губы, он открыл дверь. И она ушла. Вот так просто.

Эван сидел на кровати, опустив голову на руки. Его горло и грудь горели, а желудок скрутило. Каждый вдох отдавался болью в легких, словно кости в его грудной клетке были сломаны. Словно его душили. Он чувствовал себя слишком опустошенным, чтобы мыслить ясно. Уход Эйприл ощущался как сейсмический сдвиг. Кровь отхлынула от головы, и ему показалось, что он вот-вот потеряет сознание.

Упав в кровать, он так и лежал, едва дыша и не находя себе места от боли. Он открылся ей, но она все равно отвергла его и ушла. Он любил ее, он так сильно любил и так хотел донести это, но слов оказалось недостаточно… И все вдруг стало неважным.

Когда Тэхен вошел в комнату, его шаги были тише, чем обычно. Не говоря ни слова, он медленно прошелся по комнате, рассматривая разбросанные портреты Эйприл.

— Я знал, что между вами что-то есть, – наконец произнес он. – Но до последнего не хотел в это верить.

— И я не хотел, – вымученно отозвался Эван, не отрывая лица от подушки.

— Это, конечно, что называется охренеть. – Сделав еще несколько шагов, Тэхен опустился на стул и нервно побарабанил пальцами по столу.

Чувствуя, что должен объясниться, Эван поднялся и, вложив в голос все свое сожаление, произнес: