Книга Хорошая и Хулиган со стажем, страница 63 – Алика Бауэр

Каждый мой шаг отдается каким-то диким набатом в ушах. По телу мелкая дрожь, ладошки потные.

Присаживаюсь на соседнее кресло, подальше от Руслана. И все равно чувствую себя как на иголках. Что нельзя было сказать о нем. Поза максимально расслабленная.

Время тянется бесконечно медленно. Слышу тиканье часов, что отбивает каждую секунду, каждую минуту, проведенную в молчании. Хотя никаких часов здесь нет. Мы правда вот так будем сидеть и ждать Демьяна? Разговор первой я точно заводить не буду. Наверное, и вовсе лучше «косить под дурочку» до последнего. Так я пойму, как много Руслан знает.

— Думаю, — тянет он, закидывая ногу на ногу, — спрашивать тебя о том, знает ли Демьян, совершенно бессмысленно, иначе ты бы тут не сидела сытая, довольная, с голой жопой.

— Он меня похитил, — пожимаю плечами. — Где же мне еще находиться?

— Сейчас на пленницу ты похожа меньше всего. Так когда ты собиралась обо всем рассказать Демьяну?

— О чем? — в упор смотрю на парня, хлопая ресницами. Внутри все сжимается в ледяной ком.

У самой в этот момент так сильно колотится сердце, что кажется еще несколько мучительных секунд, с которыми Руслан смотрит на меня, и бедный орган просто не выдержит.

— Слушай, — тяжело вздыхает он, закатывая глаза, но при этом я начинаю слышать раздражение в голосе. Это плохо. — Я не люблю, когда из меня делают дурака. И не люблю, когда из моих друзей делают дебилов. Но если ты просто глупенькая, окей, давай проясним. Я знаю про Антона Гордеева, а также про тебя. Амалия Гордеева, или лучше к тебе обращаться Полина? Полина Гордеева… По-моему, так лучше звучит. Твое настоящее имя.

Правильно кто-то из великих умов сказал, что тот, кто владеет информацией — владеет миром. И сейчас весь мой маленький, и, оказывается, хрупкий мир, который я так старательно выстраивала, рушится. Будто стеклянный купол, накрывавший меня, кто-то разбил одним точным ударом.

Руки на коленях начинают дрожать.

Играть, отрицать — уже все бессмысленно.

Горько усмехаюсь сама себе, понимая, как самонадеянно было думать, что я так ловко смогла замести за собой следы.

— Амалия, — горло хрипит. — Это мое настоящее имя. Уже 4 года.

— Так, это уже похоже на разговор, — Руслан подается вперед, потирая ладони в предвкушении.

Перевожу на него стеклянный взгляд.

— Но… как?

Он усмехается.

— Детка, если мне надо, я смогу узнать, сколько раз вы с Демом трахались и в каких позах. А твой путь конспирации и смены личности было не так сложно отследить.

— А я так старалась, — вырывается нервный смешок. Смотрю, как Руслан закуривает сигарету, выпускает дым с ароматом шоколада, и мне вдруг тоже хочется отравить свой организм, хотя в последний раз пробовала курить еще будучи подростком. Все равно хуже уже не будет. — Если смог ты, то… смог и он?

— Скорее всего, — он затягивается и стряхивает пепел прямо на прозрачный стеклянный столик между нами. — Хочешь сказать, Гордеев не знает, где ты?

— Надеюсь, нет.

Произнося это, чувствую, как по спине ползет ледяной пот.

Я даже боюсь представлять о том, что будет, когда он узнает. А если он

уже знает и всегда знал и просто выжидает удачного случая, чтобы вернуть меня себе?

По щеке катится слеза.

Я просто больше не смогу выбраться из его ада.

Руслан сверлит меня взглядом, пока курит сигарету.