Книга Влюбиться в твою улыбку. Книга 3, страница 8 – Цин Мэй

Усевшись, но не смирившись, девушка тут же вытянула шею и снова задала этот вопрос. Ответ последовал тут же:

— Ты и твой кот.

— Котенок был такой миленький! Словно Пышкин младший братик! А у меня мало того что котенка отобрали, еще и чужими сюсями-пусями припечатали! Все, я сегодня теперь даже ужинать не смогу!

Она зыркнула на Лу Сычэна, усевшегося на водительское сиденье.

— Какими еще «сюсями-пусями»?

— Да вот этими, между джанглером «Династии Цин» и его девушкой!

— Его девушка ведет соревнования в корейской про-лиге. Сюси-пуси – это то, что они на стриме вчера развели. – Лу Сычэн завел машину. – А вот насчет этой, которая у тебя котенка увела… Я знать не знаю, кто это. Возможно, какая-то фанатка «Династии». Она либо смотрит только матчи «Династии», либо вообще ничего не смотрит, только за игроками гоняется. Вот такие и портят репутацию всех фанаток в комьюнити… Кстати, ты же вроде больше всего ненавидишь именно таких?

— ???

Охренеть… Так он девушке изменяет? С фанатками мутит? Вот козел-то… Впрочем, к бесам девушку, где же тот самый Сюй Тайлунь, где тот самый заботливый, со всеми доброжелательный Ангел?

— Да Хо Тхэрён всегда таким был. А теперь посмотри на себя в зеркало. У тебя на лице плакатными буквами написано: «Ой, как неловко вышло!» Ну как? Ты все еще хочешь, чтобы я поучился у него той самой дружелюбной версии китайского? Ну?

Покраснев, Тун Яо промолчала. Однако, поняв, что Лу Сычэн не сдвинется с места, пока не услышит ответ, она сдалась и, сгорбившись, отрицательно помотала головой. Лу Сычэн удовлетворенно кивнул.

— Вот так. Сперва Ли Хвансок, теперь Хо Тхэрён – ты еще ни разу не раскусила человека с первого взгляда. Так на будущее лучше просто помалкивай.

— Почему ты мне тогда не сказал?

— А если бы я рассказал, ты бы поверила? Начала бы опять, что я человека поливаю грязью без доказательств или просто ревную.

Эх. Иметь капитана, который слишком хорошо тебя понимает, иногда очень утомительно. Он в любой момент может ухватиться за твои слабости и провести воспитательную беседу, а тебе и возразить будет нечего…

С птичьего рынка, с рыбкой в руках, они уехали примерно в полдень. От стресса (еще бы, на ее глазах «заботливый Ангел» превратился в «чудовище, которое спит с фанатками»!) Тун Яо страшно захотелось есть. Но она, стесняясь совершенно по-девчоночьи, помалкивала. Отвернувшись, девушка усердно делала вид, что ее очень интересует пейзаж за окном. Но чем дольше она сдерживалась, тем сильнее протестовал желудок.

База была уже близко, и все, о чем могла думать Тун Яо, – остались ли в холодильнике говядина и овощи, чтобы можно было заварить быстрой лапши. Той самой, «со вкусом трех деликатесов»^[5], за полтора юаня пачка… Разбить туда яйцо, добавить ломтик сыра… И все это так ясно рисовалось перед глазами, что у нее едва слюна не потекла.

Но тут произошло нечто непредвиденное. В последний момент Лу Сычэн внезапно свернул не к базе, а в совершенно другую сторону.

— Мы куда?!

Тун Яо отчетливо представилось, что ее бесценная лапша расправляет крылья и уносится прочь. Она занервничала:

— Брат Чэн, база не там! Зачем ты сюда свернул? Ты что, дорогой ошибся?

— Нет.

— В смысле «нет»?

— В смысле не ошибся, – ответил Лу Сычэн. – Сиди спокойно. У тебя там что, иголки в сиденье, что ты ерзаешь все время?