Книга Мой муж — космический босс, страница 27 – Майя Хоук

Я смотрю на часы. Стрелки теперь движутся в обратную сторону.

— Что это значит?

— Что Камилла и Леон ошиблись. — Доминик берет мою руку. — Они думали, что смогут использовать тебя, чтобы раскрыть мои слабые места.

— А вместо этого?

— Вместо этого, — Жирар смеется, — ты становишься его единственной настоящей защитой.

Доминик смотрит на меня, и впервые за весь вечер я вижу в его глазах не расчет, а что-то другое.

Надежду.

— Теперь ты понимаешь, почему я не могу тебя потерять?

Я сжимаю его руку в ответ.

— Тогда нам нужно решить, что делать с твоими «друзьями».

Часы на моем запястье вдруг показывают 00:00.

И начинают отсчет заново.

Я прижимаю ладонь к холодному стеклу иллюминатора, наблюдая, как станция медленно проплывает в поле зрения. Огни док-порта отражаются в стеклах, дробясь на сотни мерцающих точек.

— Вот мы и дома, — говорит Доминик, сидящий справа от меня. Его голос ровный, но когда я оборачиваюсь, то вижу, что в золотистых глазах спутника читается напряжение.

— Дома? — Я сжимаю запястье, где часы Жирара все еще плотно обхватывают кожу. — Ты уверен, что эти штуки не транслируют каждый наш шаг?

Доминик проводит пальцем по циферблату. Огоньки под стеклом вздрагивают, будто живые.

— Они записывают, но не передают. Пока мы их не снимем…

— А если Жирар врет?

— Тогда от его лаборатории ничего не останется. — В его голосе нет злости — только холодная констатация факта.

Дверь флаера открывается с тихим шипением. Двухметровые андроиды в корпоративной форме застывают по стойке смирно.

— Господин Вейл, вас ожидают в лаборатории «Дельта». Доктор Варгас…

— Отмена. — Доминик перебивает механический голос, его рука теплым пятном ложится мне на поясницу. — Мы идем в мои личные рабочие комнаты. Без сопровождения.

Андроиды замирают. Их оптические сенсоры мигают красным.

— Но протокол…

— Я изменяю протокол.

Его пальцы слегка сжимают мой бок, направляя в противоположную от док-станции сторону.

Коридоры здесь другие — темные, с черным мраморным полом, отражающим наши силуэты. Стены поглощают звук шагов, превращая наше движение в подобие бесшумного скольжения.

— Твои люди не имеют доступа сюда? — Я касаюсь прохладной поверхности стены.

— Нет.

Доминик прикладывает ладонь к сканеру у массивной двери. Механизм считывает не только отпечаток — я замечаю, как тонкая игла берет каплю крови. Дверь открывается беззвучно.

Я замираю на пороге.

Пространство передо мной напоминает святилище какого-то техно-божества. Голограммы ДНК плавают в воздухе, переливаясь сине-золотыми узорами. В центре — стол с десятками пробирок, где вязкая жидкость пульсирует мягким светом.

— Ты… изучаешь себя?

Доминик проходит мимо, его пальцы скользят по одной из голограмм. Структура разворачивается, обнажая сложные спирали с кроваво-красными вкраплениями.

— Мой геном. Видишь эти маркеры? — Он указывает на аномальные участки. — Они не человеческие.

Я подхожу ближе. Запах озона и металла щекочет ноздри.

— Что они делают?

— Ускоряют регенерацию. Увеличивают силу. Позволяют годами не спать. — Он делает паузу. — Мой отец был одержим тем чтобы вывести идеальную расу. Первый безумный ученый, который поселился здесь вдали от всех. Как видишь, ему все удалось и я продолжил его дело. Но с издержками. Я отравляю тех, кто слишком долго со мной контактирует.