Книга Изнанка, страница 31 – Арина Рекк

— Долго ты тут? — на нем тяжелый бордовый с бежевой окантовкой халат. Присаживается на край кровати. — И что вообще тут делаешь?

— Где ты был? — спрашиваю требовательно. Не на оправдания я настраивалась все это время.

Рэв какое-то время смотрит на меня и напряженно спрашивает:

— Ты плакала?

— Не уходи от вопроса! — Невольно провожу кончиками пальцев под слипшимися нижними ресницами.

Не спеша отвечать, Рэв укладывается поверх одеяло и обнимает меня, крепко прижимая к себе. Сопротивляться и вырываться не хочется. Пока что. Подожду объяснений.

— Я был у тебя, — выдыхает в волосы. — Чего только не передумал, пока ждал. Чуть с ума не сошел, а потом догадался, что ты можешь быть у меня.

Потрясенно замираю. Значит, «сердце» не ошиблось?! Задираю голову, встречаясь взглядом с самыми любимыми на свете голубыми глазами.

— У меня был? — переспрашиваю на всякий случай.

— Угу.

— Почему сегодня?

— Ты теперь моя невеста, — чуть крепче сжимает руки.

— Подожди, — вырываюсь, развернувшись, сажусь, забыв на секунду о наготе. Секунда, в течение которой Рэв в свою очередь забыл, что в мире существует что-то, помимо полуголого женского тела. Приятно, конечно, но — натягиваю одеяло — несвоевременно. Я уже настроена на разговор. — Но почему сегодня? То есть не «почему церемония была сегодня»… хотя и это тоже. Почему церемония была сегодня? — и как я раньше не догадалась спросить?

— Твой отец хотел, чтобы хотя бы до восемнадцати ты пожила только для себя.

— Папа… — угрожающе щурюсь в пустоту.

— Я разделял его желание, — Рэв подтягивается и садится спиной в подушки. Видно, тоже настроился на беседу по душам.

— Но почему? — отчаянно стараюсь не покраснеть. — Почему мы даже не целовались раньше?! Почему ты ждал церемонии, если и так все было понятно и давно решено?

— И сделать тебя тайной любовницей?

— Но поцелуи — это же не…

— Не думаю, что смог бы остановиться, — говорит тихо, не пытаясь отвести взгляд. И от мелькнувшего в глубине желания на миг перехватывает дыхание. — К тому же ты была беззащитной, и если бы кто-то узнал… Теперь под защитой рода, и нет необходимости скрывать отношения.

— И у тебя нет любовницы? — спрашиваю с затаенным опасением.

— Нет, — качает головой, — есть только ты.

И прежде, чем осмысливаю услышанное, привлекает меня к себе и укладывает на грудь. Слышу грохот его сердца под ухом, и для меня это словно музыка.

— Никого нет и никогда не было.

— Никогда? — неверяще переспрашиваю.

У меня были догадки, что Рэв иногда проводит время с женщинами, и я готова была простить это… нет, даже не простить, прощать было бы нечего. Я бы могла понять, потому что взрослый мужчина, привязанный к подростку — это неправильно, и нормально, что он спускал бы напряжение с другой.

— Никогда и никого.

— Но как же так?.. — приподнимаюсь и снова встречаюсь с ним взглядом.

— А как иначе?

Ответ настолько прост, что не сразу укладывается в понимание мужской природы. То есть вообще не укладывается. Получается, Рэв… девственник? Скольжу взглядом по упругим губами, по сильной шее к вздымающейся под плотной таканью халата груди… И никто и никогда не касался вот этого тела? Никто и никогда не видел его так близко? Подтягиваюсь и прижимаюсь губами к его губам. Нафиг разговоры. Рэв замирает, но только на секунду. Тут же руки смыкаются крепче, вдавливая меня в него, а губы яростно сминают мои. Где-то в горле зарождается вибрация, и я не пытаюсь ее сдерживать — отпускаю стон. Протягиваю руки, не обращая внимания на оголившее спину одеяло, обнимаю крепкую шею, буквально повисаю на ней, потому что если бы не это, то сползла бы с Рэва. Чувствую на голой коже плеч горячую ласку, и наверняка завтра останутся синяки, но мысли вышибает, стоит только ощутить вкус моего принца. Выгибаюсь навстречу, отвечая на поцелуй, пуская его так глубоко, как только он захочет. И как я раньше жила без этого?