Книга Опальная жена для кронпринца. Право на любовь, страница 103 – Мария Вельская

— Да — раздался глухой голос Ринтерна. То ли он спал, то ли просто был недоволен тем, что его выдергивают ночью из постели, — если тебя это утешит. Ночь была паршивая, а ты мне снова спать не даёшь.

— Потом отоспишься, в гробу, — хмыкнул Шаннер, — установить непрерывную слежку за императрицей. Чтобы ни днем, ни ночью от неё не отлучались, ясно? Распусти слухи о том, что Хелени Мъярг не в себе, а это пытаются скрыть. Что это происки врагов. В общем, ты знаешь, что говорить, и…

— Шан, — голос друга прозвучал глуше. И как будто обреченнее.

Он насторожился. Предчувствие запоздало ошпарило с ног до головы. Опасность! Опасность!

— Ну?

— Похоже, нас немного опередили. У нас новая жертва, и в её убийстве пытаются обвинить… меня, — голос Ринтерна звучал обреченно.

Виски охватил железный обруч.

— Кто? Когда? Какие доказательства? Тебя уже задержали? — Спросил отрывисто.

— Пока посадили под домашний арест. Сам понимаешь, отправить в тюрьму капитана гвардии кронпринца просто так они не имеют права, — друг невесело хохотнул. На мгновение между ними повисло напряженное молчание.

А потом Малькольм гулко сглотнул и продолжил:

— Это произошло вчера ночью. Девушка из прислуги, бывшая бродяжка из кочевого народа, — Шаннер знал, что услышит. У него была прекрасная память на лица и имена, но это сейчас не радовало, — её зовут Гитти, рыжие волосы, смуглая, работала одной из служанок, потом стала личным поваром принцессы Аэри. Ходят слухи, что кто-то мстит принцессе. Намекают даже, что ты — через меня. Версия для особо смелых, — хриплый смешок и неуверенное: — ты мне веришь?

— Алиби у тебя нет, так полагаю? — Кронпринц сел в карету и прикрыл глаза.

— Не то, чтобы нет, но я выполнял твоё поручение — отправился на прогулку в нижние кварталы города. И вряд ли тамошние жители мне его предоставят. Это самое алиби… К тому же ты знаешь мои, — голос Малькольма стал тише, — особенности. Все подтвердят, что я склонен к агрессии, устраиваю погромы, могу сорваться на любовнице — пусть только словесно, но молва раздует, и прочие прелести. Ты сам-то мне веришь? Может, я в самом деле прикончил эту Гитти? И других?

— Ты бы перерезал им горло. Или нанёс удар мечом. Или… — голос кронпринца звучал ровно, спокойно, равнодушно. Как будто они обсуждали десерт.

— Достаточно! Я тебя понял.

— Ты не безумец, Малькольм. Просто я хотел бы воскресить твоего отца и поговорить с ним. Хорошенько поговорить, пока он висит бы на дыбе, — в низком голосе послышались угрожающие нотки. У Шаннера Мъярга было мало друзей. Это была его маленькая стая. Его хранители и стражи. Он доверил бы им не только свою жизнь, но и трон.

— К сожалению, моего папашу уже не откопаешь, — хрипло засмеялся Малькольм, — честно говоря, я боялся с тобой связываться. Эта принцесса и ты… уже ходят нехорошие слухи. Ты ведь знаешь.

— Осторожнее с высказываниями, — осадил друга Шаннер. Зверь взвился. И он сам никогда и никому не позволил бы обсуждать свою женщину. Своё небо. Свою… будущую императрицу.

— Так ты и правда…

— Она моя. Смирись с этим и прими её, как свою повелительницу, — отрезал жёстко.

На другом конце восторженно присвистнули.

— Я тебя понял, — в голосе Малькольма мелькнуло почтение, — мои уста сомкнуты, Глава.

Да, он — глава рода крылатых. И он вернет им крылья. Даже Малькольму, чьи крылья вырвал, вместе с половиной его магии, безумный отец.