Книга Я стану твоим щитом, страница 47 – Юлия Арниева

— Буду рада, – улыбнулась в ответ, подзывая к себе служанку, – Лиам, ванна для вас будет готова через полчаса, Мойна поможет вам и обработает раны. Надеюсь, вы не сильно пострадали?

— Нет, Эйрин, всего лишь царапины.

— Если желаете, ужин подадут в ваши покои, – все еще чувствуя себя неловко, обращаясь к лордам по именам, я оттягивала неизбежное.

— Благодарю, но я с удовольствием присоединюсь к вам, тем более Рендан уже успел рассказать о вашей с Кианом шахматной битве, и такое я не могу пропустить.

— Его Высоч… Киан – достойный противник, – чуть запнувшись, проговорила я, успев заметить промелькнувшую улыбку на лице принца, и, прикусив изнутри губу, унимая вдруг неистово забившееся сердце, продолжила, – но я обязательно отыграюсь.

— Буду счастлив сразиться с вами… Эйрин, – произнес Киан, его глаза сверкнули озорством, а в голосе слышался вызов, – после ужина?

— Не сегодня, – отказалась, так как для игры требуется сосредоточенность, а мне это сейчас достаточно трудно дается, и я пояснила, – завтра до наступления рассвета мне нужно выйти из замка, подошло время сбора кронума. Вы говорили, что меня и мою горничную сопроводят.

— Да, не беспокойтесь, – ответил мужчина и, выдержав небольшую паузу, добавил, – завтра во дворе вас будут ждать.

— Спасибо, – поблагодарила, вдруг почувствовав неловкость от наступившей тишины, и, едва заметно кивнув мужчинам, направилась в сторону кухни, на ходу придумывая причину моего визита…

— Госпожа, все готово. Дымка оседлана, – сообщила Нетта, проходя в мои покои. Девушка не любила такие вылазки за редкими растениями, предпочитая остаться дома и в тепле, однако знала, что потребуется в пути, и уже была соответствующе одета и собрана.

— Хорошо, иди, я сейчас спущусь, – ответила и, дождавшись, когда горничная покинет мою спальню, прошла к столу, за которым трапезничал вернувшийся с ночной прогулки ворон. Обычно я терпеливо дожидалась, когда птица закончит есть, но сегодня очень спешила, – покажешь?

— Каррр, – не стал возражать ворон, поднимая на меня свой пронзительный взгляд и пристально на меня посмотрев.

Это стало для нас традицией: вот уже третье утро ворон, устраиваясь на столе или столбике кровати, делился со мной тем, что увидел за день. Когда это впервые случилось, я находилась в конюшне. Перед глазами вдруг все поплыло, лошади и стойла исчезли, а я будто поднялась в небеса, со страхом и восторгом взирая на проплывающие подо мной макушки вековых сосен. Задыхаясь от немого крика и судорожно цепляясь за коновязь, я смотрела на желтый океан рапсового поля, взирала на лазурную воду реки Арюп и с замиранием сердца пронеслась над замком Норфолк, пока ворон не решил приземлиться. От ужаса и безотчетного страха от резкого падения я громко закричала, и наша связь тут же разорвалась.

Мне до сих пор было неловко перед Мичилом, ставшим свидетелем моего истошного ора. Пришлось быстро придумывать причину моего испуганного крика, но, увы, ничего толкового в голову не приходило, и я выпалила, что увидела огромную крысу. Страж, конечно же, промолчал, но взгляд его был красноречив, ведь ему приходилось видеть, как я обрабатываю страшные гниющие раны или загоняю взбесившуюся собаку Ленокса в псарню, а тут всего лишь какая-то крыса…