Книга Я не была твоим врагом, страница 129 – Юлия Арниева

— Мы должны сохранить замок до воз… – недоговорила я, в распахнутые настежь ворота на всем скаку влетели первые всадники, во главе которых был граф Лавастин. Двор быстро заполнился преданными воинами «дядюшки», а те, что ещё совсем недавно поддержали меня, трусливо скрылись в казарме.

— Мне очень приятно, что ты меня встречаешь, – довольно выкрикнул граф Лавастин. Быстро спешившись с каурой, он, широким шагом преодолев разделявшее нас расстояние и больно схватив меня за руку, силой повел к замку, предупреждающе проговорив, – я догадываюсь о том, что ты здесь делала. Знай, у тебя ничего не выйдет.

— Отпусти! И не смей ко мне больше прикасаться, – сквозь зубы процедила я, рывком выдергивая свою руку из захвата, расправила плечи и, гордо вскинув подбородок, мысленно проклиная так не вовремя вернувшегося «дядюшку», устремилась к замку.

В зале Лавастин не стал со мной не церемониться: сжав мое запястье, он, резко дернув меня на себя, в буквальном смысле поволок к лестнице. Сопротивляться на глазах у стражи я не стала, заведомо зная итог нашей с «дядюшкой» битвы. Сжав зубы до скрежета, прижала вторую руку к своему бедру, незаметно проведя по прикреплённому к нему ножу, и ускорила свой шаг.

— Ты глупа, если задумала вернуть себе графство Девон. Я уже получил приказ Его Величества Илантры – эти земли принадлежат мне. Даже если тебе присягнут воины твоего отца, королевские драгуны в дне пути от замка, – злобно прошипел граф Лавастин, затолкнув меня в свою спальню, – тебе не выстоять против них. Но ты ещё глупее, раз решила, что в одиночку справишься с епископом. Он истинный правитель Илантры, он же теперь правит в Валгарде, там не осталось никого, кто мог бы ему противостоять. Во дворце Ангуса-мертвого сейчас только преданные псы отца Марка.

— Невозможно уничтожить всех! Найдутся те, кто свергнет епископа, – яростно выкрикнула я, встав за кресло с высокой спинкой, быстро задрала подол своего платья и выдернула из ножен кинжал.

— Лишь крохи, все их потуги будут пресекаться людьми отца Марка, – насмешливо бросил мужчина, медленно ко мне подступая.

— И все же они есть, – упрямо выпалила, не отводя взгляд от приближающегося графа Лавастина, но тот, вдруг круто повернув к дивану, неспешно прошел к нему и, будто забавляясь моим страхом, вновь резко направился к столу.

— Я предлагаю тебе свое покровительство. Я знаю планы епископа и смогу тебя защитить, – снисходительным тоном заговорил «дядюшка», наливая в бокал алого как кровь вина, – кроме меня, тебе никто не поможет. Ты слушаешься меня беспрекословно, а я не позволю отцу Марку тобой завладеть.

— Что значит «беспрекословно»?

— Для начала расскажешь, что сделал с тобой проклятый. Почему ты стала одаренной, – с ленцой проговорил граф, неспешно возвращаясь к дивану, и только с удобством устроившись и сделав глоток кровавого напитка, продолжил, – ты была пуста. В тебе не было и капли дара. Сейчас в тебе спит сила такой мощи, что даже десяток сокрушителей епископа не справятся с тобой.

— Почему вы уверены, что она спит? – усмехнулась, ещё крепче стиснув рукоять кинжала, – я чувству…

— Впредь не смей мне лгать! Я знаю больше, чем ты! – хлестко, словно кнутом, оборвал меня граф, тут же примирительно промолвив, – твои глаза, как ручей на закате, в котором отражается заходящее солнце. У сокрушителей они серые, как камень, а в их глубине видна воронка, – самодовольно оскалившись, он залпом осушил бокал, поднялся с дивана и, чеканя каждое слово, проговорил, – за все нужно платить. Цена твоей жизни – жизнь Эйли. Ты знаешь, где она прячется, я и без тебя обязательно ее найду, вопрос лишь во времени. Но ты можешь облегчить свое положение и рассказать, где она скрывается.