Книга Я связана с твоей судьбой, страница 14 – Юлия Арниева

Я осталась одна, но что-то изменилось. Воздух больше не казался таким удушающим. Попытка убийства, как ни странно, не сломила меня. Наоборот, она сорвала с моих глаз пелену наивной надежды на побег. Моя война была не за стенами этого замка, она была здесь, внутри. И враг был не только снаружи, но и, возможно, среди тех, кого я считала своими.

Дни, последовавшие за попыткой отравления, превратились в недели, сплетаясь в тугой узел из страха, подозрительности и странного, тревожащего спокойствия. Моя комната стала моей крепостью и моей тюрьмой одновременно. За дверью теперь круглосуточно дежурил Рорик и его люди. Я была самой охраняемой женщиной в Северных землях, и эта охрана давила на меня не меньше, чем враждебность слуг до этого.

В эти долгие, тягучие дни, когда единственным развлечением было смотреть в окно на заснеженные горы, ко мне стали всё чаще возвращаться воспоминания. Не те, что принадлежали этому телу, этой жизни, а мои собственные, настоящие. Елены из небольшого города, девушки, которая любила играть с друзьями в бильярд, девушки, у которой была мечта отправиться в кругосветное путешествие, девушки, что переходила дорогу и увидела несущийся на неё автомобиль…

Последнее, что я помнила из той жизни, ослепляющие фары, визг тормозов и странное, почти философское спокойствие. Значит, всё. Вот так глупо и обыденно заканчивается моя жизнь. А потом наступила темнота.

Очнулась я внезапно, словно от удара. Секунда непонимания, а потом пришло осознание, что я задыхаюсь. Что-то тяжёлое навалилось сверху, грудь сдавило словно железным обручем и было трудно дышать. Я начала отбиваться, выворачиваться из-под тяжести, царапать всё, до чего могла дотянуться.

И тяжесть вдруг исчезла, а я судорожно втянула воздух. Но в тот же миг раздался истошный женский крик, а следом прозвучал грубый мужской голос: «Разберись с ней!»

Рывком сев, тяжело дыша, я попыталась подняться, но мир перед глазами поплыл. Сильные руки меня придержали, и чей-то голос заботливо проговорил: «Госпожа! Вам нельзя вставать. Выпейте», и к губам поднесли кружку с водой.

Только через два дня, когда боль утихла, а мысли прояснились, я поняла всю нереальность происходящего. Елены больше не существовало. Теперь я была Леоной из рода Доэрти, выданной замуж за своего исконного врага – Кирана Магвайра.

Память этого тела возвращались постепенно. Сначала ощущения: суровое лицо отца, но оно всегда смягчалось, когда он называл меня своим солнышком, вспоминалось, как терпеливо учил меня читать древние книги в своей библиотеке, как обнимал после ночных кошмаров. Запах роз в замковом саду, где мы гуляли вечерами, и он рассказывал мне о долге перед народом. Сладкий вкус мёда, которым меня поили в детстве от кашля, а он сидел рядом и рассказывал сказания о богах и героях. Потом эмоции – любовь к отцу, который, несмотря на политические игры, действительно дорожил мной. И самая сильная из них, въевшаяся в душу – ненависть ко всему, что связано с именем Магвайр.

Первое время я думала, что схожу с ума. В голове смешались две разных жизни, и я не могла понять, что принадлежит мне, а что – Леоне. Я помнила, как варить кофе в турке, но знала и то, как вышивать шёлком по бархату. Понимала, что такое смартфон, и одновременно различала лекарственные травы по одному запаху. Мои руки сами знали, как правильно держать меч, хотя Елена в жизни ничего тяжелее сковородки не поднимала.