Книга Я связана с твоей судьбой, страница 112 – Юлия Арниева

— Моя жена, – голос Эйриса дрогнул, и он вернулся к креслу, тяжело опускаясь в него, – умирает. Уже три месяца она угасает на моих глазах. Лучшие мейстеры Цитадели бессильны. Великий мейстер Пицель развёл руками и сказал, что это «увядание души» – болезнь неизвестная, неизлечимая. Они кормят её отварами и бормочут молитвы, но я вижу – каждый день она всё дальше от меня.

Он взял руку королевы в свою, и я заметила, что его собственные руки дрожат.

— Мы женаты сорок лет, – продолжал он, глядя на её лицо. – Она была рядом, когда я был принцем и мечтал о приключениях. Она поддерживала меня, когда корона легла на мою голову и придавила своей тяжестью. Она родила мне детей, переживала их потери, радовалась их победам. Без неё я не король, а просто старый дурак, играющий с железными мечами.

Слёзы текли по его щекам, и он даже не пытался их скрыть.

— Я прошу тебя, дитя, – он поднял на меня глаза, полные мольбы. – Если в тебе есть хоть искра той силы, что я видел, спаси её. Она всё для меня. Всё, что у меня осталось настоящего в этом мире интриг и лжи.

Киран шагнул вперёд, заслоняя меня. Его лицо было жёстким.

— Ваше Величество, вы просите невозможного. Сила леди Леоны ещё не до конца изучена, и цена такого исцеления может оказаться слишком высока.

Я знала, о чём он говорил. Его рассказ о прабабке, которая исцеляла ценой собственной жизни, не выходил у меня из головы. Каждое исцеление отнимало у неё годы, пока она не умерла в тридцать, выглядя, как древняя старуха.

— Я заплачу любую цену! – воскликнул король, поднимаясь с кресла так резко, что чуть не опрокинул его. – Золото, земли, титулы! Только верни её мне!

В его голосе звучало отчаяние человека, который готов отдать всё за единственное, что для него действительно важно.

Я подошла ближе к постели и внимательно посмотрела на королеву. Её дыхание было поверхностным, кожа холодной, но под веками едва заметно двигались глаза – значит, она видела сны. Жила. Ещё жила, но едва-едва.

И тут я почувствовала это. То, что имел в виду король, говоря об «увядании души». Вокруг тела женщины словно клубилась невидимая тьма – не различимая глазами, но ощутимая тем новым чувством, которое развилось во мне вместе с магией. Что-то действительно высасывало из неё жизнь. Не болезнь, не старость, что-то другое, неестественное.

— Это не обычная болезнь, – сказала я, оборачиваясь к королю. – На ней лежит проклятие.

Эйрис побледнел ещё больше.

— Проклятие? – прошептал он. – Но кто мог… У неё нет врагов, все её любят. Люди называют её «матерью королевства».

— Проклятия не всегда накладывают из личной неприязни, – мягко объяснила я, припоминая всё, чему учил меня Терон. – Иногда они передаются по наследству от предков. А иногда их накладывают на власть саму по себе – на того, кто носит корону.

В памяти всплывали древние истории, которые рассказывал отец Леоны – о проклятиях, наложенных на целые династии врагами королевского рода.

— Я могу попробовать, – наконец сказала я, встречая взгляд короля. – Но я не уверена, что у меня получится. Проклятие может оказаться сильнее моих способностей. И цена… цена будет высока.

— Какая цена? – хрипло спросил Эйрис.

— Часть моей жизненной силы. Возможно, годы жизни, – честно ответила я. – Исцеление от проклятий требует равноценного обмена. Я не знаю наверняка, сколько это у меня отнимет.