Книга Академия проклятых: Кровь отверженных 2, страница 105 – Александра Ермакова

— Но семейную реликвию, – кивнула я на карту и книгу одновременно, – всё равно продолжали удерживать мужчины?

— Да! В надежде разгадать, что здесь написано и наконец-таки нарушить проклятие рода!

— Что ж, – кисло подытожила я, – если мама изначально нарушила все правила, может нам удастся… всё-таки я у неё одна, а значит на мне… – запнулась, почему-то ухватившись за мысль о «двоих» каждый виток нашего рода. – Я же была одна, верно?! – начала утвердительно, но закончила почему-то на вопросительной ноте и с ожиданием уставилась на дядю. – Одна! – покивала настоятельно, потому что меня напрягало молчание родственника. – Дядя! – не выдержала его молчания. – Ты хочешь сказать, что я чего-то не знала о маме??? У меня, что, – частила уже на грани крика, – есть брат?

Дядя сморгнул, виновато отвёл глаза:

— Ты не должна…

— Дядя! – почти взвизгнула я. Горло перехватило от волнения. – У меня есть брат? Где? Когда… то есть? Сколько ему???

— Вы были двойней… – чуть помедлив, сжалился надо мной родственник.

— Были? – а я запнулась на этом слове.

Опять повисла траурная нота.

— Когда твоя мать появилась на пороге моего дома, – нашёл в себе силы продолжить дядя. – Он был настолько слаб, что… ей пришлось его оставить мне. Он-то и пришла ко мне, просить о помощи! – выделил значимо, но без желания набить себе цену. – Она по-прежнему не желала оставаться в семейном доме и нести наш крест, но выбирая из двух зол, по её мнению, решила, что смерть для сына хуже… чем единение с семьёй.

— Что с ним стало? – сердце пропустило удар. Я уже не ждала ничего хорошего, ведь точно помнила фразу: «Она последняя из вашего рода!»

— Умер. Нет, не сразу, – в этот раз дядя не стал играть на моих нервах, и продолжил без моего словесного пинка. – С тех пор, как она его оставила мне, он прожил почти пятнадцать лет…

— Что? – ахнула я. – Так долго???

— Да, всё это время тяжело болел, и много времени проводил на больничной койке, но жил…

— Как же так?! – опустошённо выдохнула я, осев на стул, точно подкошенная.

— Мне жаль, но он умер за несколько месяцев до смерти вашей матери, – печально добавил дядя, присев напротив меня. Взял мою руку в свою холодную и чуть влажную. Успокаивающим жестом накрыл второй ладонью. Чуть сжал:

— Мне жаль, правда, но зато благодаря этому, я смог тебя разыскать быстрее, чем если бы… просто узнал о смерти сестры. А так вышло, что я вас уже искал, – разложил по полочкам жуткие подробности нашего воссоединения.

— Я… не знаю, что сказать, – шмыгнула носом я. – Мне больно… пока… и я растеряна! – призналась как на духу. – У меня был брат!.. – Не ожидая от себя таких эмоций, разрыдалась. – Брат! А я его… не видела… не знала… и даже… не попрощалась, когда он умер!.. – меня душили слёзы, трясло от досады и горечи.

— Ну-ну, – притянул меня к себе дядя и немного коряво ни то погладил по голове, ни то постучал по макушке. – Новость печальная, как и смерть вашей матери, но нельзя убиваться! Мы живы! Ты и я… мы обрели друг друга, и у нас есть возможность положить конец проклятию… – замолчал, когда раздался стук в дверь:

— Мистер Чарльстон, – аккурат стуку прозвучал голос Грознича, – вы уже спите?

Я отпрянула от дяди, только сейчас спохватившись:

— Чёрт! Я забыла!!! Меня ждут… ребята!