Книга Горячий сын моей подруги, страница 12 – Рэй Харт

Теперь он стоял передо мной совершенно голый. Штаны упали на пол. Он не пытался их поднять. Не прикрывался. Смотрел на меня — и ждал.

Я смотрела в ответ. Позволила себе эту роскошь — рассматривать его. Тёмные волосы внизу живота, чуть более густые, чем дорожка к пупку. Длинный ствол — толстый, с хорошим обхватом, с веной, которая пульсировала в такт сердцу. Головка тёмно-розовая, уже влажная.

— У тебя красивое тело, — сказала я. — Всё в тебе красивое.

— Марина, — его голос сел, стал ниже. — Пожалуйста.

— Что «пожалуйста»? — Я провела пальцем по его ключице, спустилась на грудь, на живот. Обогнула член — специально, обманным движением, — прошлась по внутренней стороне бедра, где кожа тоньше и чувствительнее.

Он вздрогнул.

— Не дразни меня, — попросил он.

— А если я хочу?

— Тогда, — он схватил меня за запястье — резко, но не больно, — тогда я сделаю что-нибудь, о чём ты пожалеешь.

— Ты? — Я подняла бровь. — Что именно?

Он не ответил. Вместо этого притянул мою руку к своему члену. Вложил в ладонь. Сжал мои пальцы вокруг ствола.

— Я хочу, чтобы ты меня трогала, — сказал он. — Пожалуйста.

Эти слова. И в них — вся его девятнадцатилетняя правда. Он мог притворяться опасным. Мог играть в мужчину, который берёт что хочет. Но в постели, когда дело дошло до дела, он оказался просто мальчиком, который впервые просит женщину прикоснуться к нему.

И это было чертовски эротично.

Я сжала сильнее. Провела большим пальцем по головке — там, где выступила капля его естественной смазки. Платон выдохнул — громко, не сдерживаясь, так, что я испугалась, что Лариса услышит.

— Тише, — шепнула я. — Твои родители спят на этом же этаже.

— Я не могу...

— Можешь. — Я ускорила движение. Вверх-вниз, медленно, ритмично, чувствуя, как он становится жёстче с каждым моим касанием. — Нужно просто быть тихим. Справишься?

Он закусил губу и кивнул.

Я опустилась на колени.

Платон посмотрел на меня сверху — и в его взгляде промелькнуло что-то похожее на панику.

— Что ты делаешь?

— То, что ты запомнишь на всю жизнь, — ответила я и взяла его в рот.

Он замер.

Я чувствовала, как напряглись мышцы его ягодиц — под моими ладонями, которыми я держала его. Как вздрогнул член, коснувшись моего нёба. Как его дыхание превратилось в короткие, рваные всхлипы.

Я всё делала медленно. Неспешно обводила головку языком, спускалась ниже, брала глубже — насколько могла. Он был не маленьким. Пришлось расслабить горло, дышать через нос, концентрироваться на ритме.

Одна его рука легла мне на затылок. Не давила. Просто лежала — как напоминание, что он здесь. Что он со мной.

— Марина, — прошептал он. — Я сейчас...

Я отстранилась. Встала. Вытерла губы тыльной стороной ладони.

— Не сейчас, — сказала я. — В первый раз я хочу, чтобы ты кончил внутри меня. А не в мой рот.

Он смотрел на меня так, будто я предложила ему миллион долларов.

— Ты уверена?

— Я бы не предлагала, если бы не была уверена.

Я сняла халат. Потом — сорочку, через голову. Осталась в одних тонких трусах — кружевных, цвета слоновой кости. Платон смотрел на моё тело так, будто видел женщину впервые в жизни.

Может, так и было. В его девятнадцать — возможно, он и правда никогда не видел взрослую женщину совсем голой. Не в порно. Не в картинках. А здесь — живьём, в лунном свет.