Онлайн книга «Фрейлина. Путь домой»
|
Так же одетый в черное, но уже на западный манер — с шейным бантом на белой рубашке… единственный здесь гладко выбритый, но с усами, пожилой мужчина коротко поклонился. — И что ходатайство? — поинтересовался Константин. — Отклонено, — без улыбки ответил Рафалович. — Азария Исакович — торговый дом «Исакович и К» с капиталом 100 000 рублей… — Гершом Гуревич, капитал банкирского дома в 90 000… — Давид… — торговый дом… — Исаак… — Александр… Константин старался запомнить фамилии, отмечая для себя даты учреждения торговых домов. — Прошу присаживаться, — первым сел он за стол, придерживая саблю. Следом за ним молча расселись остальные мужчины. — Рад вашим успехам, господа, но приглашены вы не как главы торговых и банковских домов, которых на это время в Одессе насчитывается… кажется, более двухсот? — Двести двадцать один, Ваше высочество, — подсказал Казначеев. Равнодушно кивнув на это, Великий князь продолжил: — Я собрал вас здесь, как самых влиятельных представителей одесской еврейской общины, чтобы сделать уведомление, — стал его голос громче и жестче, — Его императорским величеством… уполномочен заявить, что срок действия порто-франко истекает. В ближайшее время режим благоприятствования беспошлинной торговле будет отменен, как изживший себя и более невыгодный России. — Невозможно… как так?.. нельзя… — и даже потрясенное, сказанное едва слышным шепотом сквозь зубы «ха ра…» (*дерьмо) было ему ответом. И почти сразу же за этим упала настороженная тишина, которую, кашлянув, прервал наконец Иоахим Эфрусси: — Подобные слухи уже ходили, но господин Воронцов ходатайствовал перед императором, и вот уже года… три года после того порто-франко существует. — Мог существовать и далее, — согласился Константин, — но его отмена встала в череду предыдущих мер, принятых Государем в ответ на недружественные действия представителей вашего народа. — И таки напрасно, прощения прошу, — покачал головой самый старый из мужчин — Гершом Гуревич, — но Бог с ним… Тогда давайте сразу к делу — что нам нужно сделать, чтобы осталось, как было? — Боюсь, что уже ничего. И вот вам причины… — задумался на миг и стал размеренно перечислять Константин: — Еще Александром Павловичем было принято положение, позволяющее иудеям получать казенные земли в бессрочное пользование, оно также освобождало новых поселенцев от рекрутской повинности и налогового бремени в первые 5 лет. Таковых поселений-колоний существует уже достаточно… и в Малороссии, и в той же Бессарабии. Кроме того, иудеи были равны в правах с прочими народами империи. Не существовало притеснений в вере и привычках... — Но все уже давно не так, Ваше высочество, — позволил себе замечание Александр Янкелевич — еще совсем молодой человек с аккуратно расчесанной, но не стриженной, похоже, ни разу бородой. Так их носили особо верующие евреи — иудеи. Как и пейсы, которые отец приказал обреза ть… за непослушанием следовали огромные штрафы. Вздохнув, Константин согласно кивнул: — Исключительно благодаря стараниям вашей же братии, — и обратился уже к другому человеку: — Юлия Михайловна была вашей родственницей, господин Рафалович. Это она гарантировала вам права на строительство кораблей для русского флота? — Шлема Рафалович… строил корабли не я, — встал Абрам Рафалович. |