Книга Четыре шага в бреду, страница 57 – Евгений Таганов

— Нил не звонил? — Алекс достал мобильник и посмотрел: звонков не было. Набрал Нила сам:

— Мы уже на точке. У тебя что?

«Нашел телефон участкового Степянки, но его на месте нет. Мобильники у них еще не появились».

— А с кем-то другим не пробовал?

«Так звонок был именно этому участковому. Сам говорил не очень светиться».

— Хорошо, не светись, карауль участкового.

Пару минут Алекс размышлял, стоит ли идти в местный магазинчик расспрашивать про тетю (бабу) Глашу. Если люди Департамента уже наведывались к ней, то так делать явно не следовало.

Из березовой рощицы к детскому уголку вышли пять или шесть коз, за ними мальчик и две девочки лет 8—10. Козы глубокомысленно щипали зелень, троица ребят скучающе опробовали слишком детские для них качели и карусель.

Отельер вылез из машины и направился к козам. Те с недоверием смотрели на него.

— Ну и что, выгодно сейчас коз держать? — обратился он к ребятам.

— Кому как, — ответила девочка постарше, — летом так и выгодно. Дачники все берут.

— И многие в деревне коз держат?

— Да не. Симаковы, мы, да еще Терентьевы.

— У Терентьевых одна коза осталась, — вставила девочка помладше.

— А коров тоже держат?

— Не, коров только двое держат. Молока на одну банку, зато навоз только так идет. (Троица рассмеялась.)

Еще Алекс спросил про свиней, индюшек и гусей. Дети с удовольствием отвечали, чувствуя значимость своих сведений. Когда названы были с десяток имен и фамилий односельчан, Копылов как бы невзначай спросил:

— А баба Глаша что держит?

— Баба Глаша ничего не держит, у нее пчелы. На станции каждый день медом торгует.

— Это не у нее пчелы, а у ее деда Вити, — поправил старшую девочку мальчик.

— Так для пчел, кажется, большой луг с цветами нужен, — «удивился» Алекс.

— Вот они все себе цветами и засадили.

Он задал еще несколько отвлеченных вопросов, после чего попрощался и вернулся в джип. Сначала они поехали к магазинчику и, купив там два мороженого, медленно проехали по другой параллельной улочке. Участок, до предела засаженный цветами, сам бросался в глаза. Видны были и крышки ульев.

Алекс в своей визитке вписал правильныйтелефон, вылез из машины и направился к «ул. Советской, 17», как значилось на адресной табличке довольно ухоженного дома. В густой плантации цветов метрах в пятнадцати от штакетника стояли кучкой шесть ульев и виднелась спина копошащегося в цветах мужика-бабы.

— Извините, баба Глаша дома? — громко спросил Копылов.

Спина выпрямилась и оказалась бородатым стариком, классическим пасечником.

— Нету ее, на станцию мед пошла продавать.

— А можно мне для Сергея Тарасовича записку оставить?

— Нельзя. Пусть милиция сама с ним разбирается, нас не мешайте.

— А если я захочу у вас меда купить?

— На станцию иди и покупай.

Ну что ж, на станцию так на станцию. Алекс еще раз окинул взглядом участок, надо было определить, куда лучше бросать гранату — в летнюю кухню или в улья, кухня была дальше.

Затем джип подъехал к станции электрички. Там на платформе на лавочке перед раскладным столиком расположилась сама баба Глаша — грушевидной формы старушка с довольно молодым лицом. Алекс не стал у нее ничего спрашивать, купил самую маленькую баночку меда и вернулся в машину.

— А визитку чего не отдал? — спросил Вадим, снимая наушники прослушки.