Книга Четыре шага в бреду, страница 55 – Евгений Таганов

— А с Евой что?

— Не знаю. С ней, может, все и обойдется. Вернее, если вас с дела уберут, то уберут и ее. Ну что стоишь — уже ехать должен.

— А ключи?

— Запасные ключи от моего «адреса» находятся под твоим холодильником.

— А это… С жучками как?

— Тебе сказать, где они?

— Где они, я знаю. Ликвидировать могу?

— Про все пять знаешь? — не поверил капитан.

— А то. И Жорка про свои два знает. На «Биреме» четыре и на «Фазенде» четыре.

— Выучил засранцев на свою голову. На «Биреме», между прочим, пять. Оставь один у себя на кухне и один в «Биреме» в своем кабинете, а то скажут, чем я вообще два года занимался, остальное все можешь ликвидировать. Ну?

— Все понял. Уже еду, — пообещал Алекс, дабы не расстраивать капитана.

Поднявшись в квартиру, он позвонил Жорке, сказал, чтобы через час тот был в полном сборе, чтобы вылетать в Питер. После чего уложил в кастрюльку приготовленный ужин (не пропадать же добру), вызвал такси и вместе с кастрюлькой поехал к Хазину. Там, не отпуская такси, поднялся в квартиру, быстро обрисовал другану ситуацию, и как именно тот должен наводить шмон в «адресе» Стаса. Особенно Жорку впечатлила возможность уничтожения почти всех жучков:

— Ну наконец-то и я при делах, — обрадовался он. — А то держишь меня за дефективного. А что брехать, если чистильщик меня заметет?

— Вали все на меня. Что я приказал. Держи. — Алекс передал ему ключи от своей Треххатки. Взамен он получил дискету с уже дополненными «Предложениями».

— А что, если билетов не будет? — говорил Жорка, сбегая по ступенькам вниз.

— Убей пилота, но добудь.

Вместе с кастрюлькой он покатил на метро к Даниловне. Только переступив порог ее квартиры, он понял, что, кажется, этот бесконечный день действительно можно считать законченным. Кстати, любимая девушка хоть и больная, ужин тоже приготовила. Ну что ж, кастрюлька просто была отправлена в холодильник.

В пять утра на мобильнике пискнула эсэмэска от Хазина: «Главное сделано. Отрубаюсь».

Следующий день у старшего князька получился не менее насыщенным. С утра он на компьютере Даниловне слегка поправил дополненные «Предложения» Жорки, снабдил их тремя подписями: директора Демко, продюсера Копылова и креативного продюсера Хазина и отправил по мылу Демко.

Даниловна была уже почти здорова, а стало быть, полна разговорной энергии. Так и не выудив из него отчета о его вчерашних перемещениях в пространстве, снова заканючила:

— А может, какое другое задание мне придумаешь?

— Пожалуйста. Можешь заняться Шкурным Моссадом.

— Как это?

— Классический Моссад по всей планете мочит главных врагов Израиля. Шкурный русский Моссад будет до нитки грабить главных предателей России. Пепел девяносто первого года будет стучать в нашем сердце. (Про детей предателей он не рискнул сказать.)

— Жорка тоже участвует?

— Не-а. Жорка слишком ценный экземпляр, чтобы в этом участвовать.

— А я, значит, нет? Расходный материал для тебя.

— Еще какой расходный, — засмеялся он.

— А что в нем такого ценного? Я даже заревновала. К Вере — нет, к нему — да.

— Он при мне типа комиссара в пыльном шлеме. Чуть что, сразу мне по рукам.

— А мне он говорит, что это ты его все время на цепи держишь.

— Просто он умеет то, что я не могу.

— Что, например?

— На днях в Питере выйдет поэтический сборник «50 лучших поэтов 2001 года», в самом уголке обложки будет «По выбору Юрия Ляпина». Жоркин псевдоним. Это не стрелялки с бандосами, тут озверевшие поэты распнут его со всем пристрастием.