Книга Личный аптекарь императора. Том 11, страница 106 – Сергей Карелин, Егор Золотарев

Он положил лепешку с медом в рот и принялся неспеша с наслаждением пережёвывать.

— И где же это место? — не сдержался я.

— Ну и любопытный же ты, Мехмед эфенди, — усмехнулся Ахмед.

Я понял, что нужно быть сдержаннее иначе выдам себя.

— Просто вы так интересно рассказываете, что я не могу дождаться продолжения, — изобразил смущенную улыбку.

— Понимаю, — кивнул он. — По молодости я тоже был довольно прытким и просто не мог усидеть на месте. По этой причине меня носило по всей империи в поисках приключений.

Он привалился спиной к стене, на которой висел ковер и, облизав сладкие от меда пальцы, продолжил:

— Это катакомбы. Много столетий назад, когда только строили этот город, под ним проложили катакомбы. Раньше там проводили тайные богослужения, затем начали хоронить умерших, отделяя целые залы для всех членов своего рода. А потом вовсе позабыли о них. А мы нашли и использовали в качестве тюрьмы. Очень удобно. Мы всего лишь поставили двери на огороженные помещения и всё.

— То есть пленники содержались вместе с останками умерших людей? — удивился я.

— Да. Трупы давно истлели. Остались только кости. Чтобы пленники не задохнулись, мы каждый день на несколько часов открывали входную дверь настежь. А потом просто сделали воздуховоды, убрав несколько камней, которыми выложены туннели.

— Где находится вход в катакомбы? — как можно более безразлично спросил я, хотя сам весь напрягся, ожидая ответа.

— Долго объяснять. Я тебе лучше покажу.

— Прямо сейчас? — с надеждой спросил я.

— Зачем «сейчас»? Сейчас — уже поздно, а вот завтра утром покажу. А потом мы съездим к тебе в лавку. Хочу посмотреть, как и чем вы с братом торгуете. Заодно прикуплю что-нибудь. Сладости я люблю.

— Хорошо, Ахмед Ага. Буду рад угостить вас, — кивнул я.

Понятное дело, что словоохотливый старик ни в какую лавку не поедет. Как только он покажет вход в катакомбы, придётся избавиться от него. Нет, не убить, а просто на время оглушить или применить зелье.

После ужина мы разошлись по своим комнатам, и я приступил к подготовке. Не знаю почему, но я был уверен, что Ахмед прав и пленника держат в катакомбах. Однако я должен удостовериться в этом, поэтому, как только старик покажет вход в катакомбы, я попытаюсь проникнуть внутрь.

Я принялся пересматривать пробирки с зельями и пытаться понять, что мне может пригодится, чтобы держать наготове в кармане. В это время в дверь постучали, и раздался голос Ахмеда.

— Мехмед эфенди, ко мне пришёл мой друг лавочник со своим сыном. Он хочет с тобой познакомиться. Присоединись к нам. Как раз свежий кофе сварился.

— Хорошо! Сейчас подойду, — быстро ответил я, накрыв покрывалом разложенные пробирки на кровати.

Этого только не хватало. А если он начнёт всё вынюхивать? Наверняка все лавочники знают друг друга. А если лично не знают, то слышали. Как же это не вовремя.

Прихватив пару пробирок, убрал их в карман и вышел из комнаты, плотно прикрыв за собой дверь. Из кухни доносились голоса.

— А вот и Мехмед, — Ахмед указал на меня двум мужчинам, сидящим за столом.

Один был пожилой и одет в цветастый кафтан. Второй… янычар. Я сразу узнал его по одежде: белый войлочный колпак, темно-синий кафтан и шаровары. Но самое главное оружие — на поясе висел изогнутый меч, который здесь именовали ятаганом.