Книга Друид Нижнего мира. Том 2, страница 114 – Сергей Карелин, Егор Золотарев

— Здравствуйте! — нарочито громко поздоровался я, привлекая внимание мужчины, который осыпал комплиментами свою соседку — торговку коврами.

— Чего тебе? — он кинул на меня недовольный взгляд и добавил: — Смотреть можно, трогать — нельзя.

— Вы меня не узнали? Я подходил насчет поделок из Слоновьего ясеня. Помните?

— А-а-а, — вмиг оживился он и, потеряв интерес к миловидной женщине с роскошными черными волосами, быстро подошел ко мне. — Твои статуэтки у меня чуть с руками не оторвали. Даже не предполагал, что смогу на них так хорошо заработать. Что на этот раз принес?

— Все вот здесь, — я похлопал по сумке, перекинутой через плечо, и принялся выкладывать поделки.

— Вот это да! — Торговец схватил слона и поднял его чуть выше, чтобы лучи солнца заиграли на его перламутровых боках. — Какая точная и аккуратная работа. И ведь так похоже! За него я смогу выручить не меньше ста… — тут он осекся, бросив на меня настороженный взгляд.

Ага! Получается, что я ему сейчас продам за тридцать пять, а он перепродаст втрое дороже. М-да уж, торгаш всегда в наваре останется. Когда соберусь ехать в Высокий Перевал, обязательно возьму с собой несколько поделок, и тогда не придется голодать или ночевать под открытым небом.

Торговец продолжил восхищаться поделками. К нам подошли общинники, которые тоже не остались равнодушными и передавали из рук в руки мои поделки.

— Эй-эй, осторожнее! Положите их на место. Если вы из запачкаете, то никто у меня не купит.

Мужчина быстро собрал поделки из чужих рук и подозвал меня подальше от общинников, чтобы обсудить стоимость.

— За сколько мы договаривались? На двадцать рублей? — спросил он.

Но я-то прекрасно знал, что торговец помнит сумму. Он мог забыть мое лицо, но не свой куш после продажи поделок.

— Нет, на тридцать пять. Но слона и льва я могу продать только за пятьдесят.

— Чего⁈ Ошалел, что ли? — возмутился он и вытаращил глаза. — Пятьдесят рублей за кусок деревяшки? Грабеж!

— Не хотите — не берите, — равнодушно пожал я плечами. — Найдутся покупатели.

— Ну ты тоже не борзей, — он немного остыл. — Давай тогда торговаться, если не согласен по одной цене отдавать. Например, вот этот детеныш льва явно не стоит тридцати пяти рублей. Продай за десять.

— То, что он маленький, не значит, что его легче было делать, — пришла моя очередь возмущаться. — Наоборот, с мелкими деталями требуется более кропотливая работа. У меня глаза заболели и спину заломило, когда я ему мордочку вырезал и каждый коготок на лапах.

— Ну ладно-ладно, не кипятись. Давай за двенадцать, и все.

— Моя последняя цена — двадцать, иначе лев останется без потомства. Я лучше львенка другу подарю, чем за такие крохи отдавать.

— Двенадцать рублей для тебя крохи⁈ Обалдел совсем, малолетка! Дать бы тебе по шее, чтобы наглости поубавилось.

— Я ведь могу к другим торговцам уйти, — пригрозил я.

— Фух-х-х, ну и молодежь пошла, — он продолжительно выдохнул и провел рукой по лицу. — Так, на чем мы остановились?

Мы продолжили торговаться. Не знаю сколько времени прошло, но я добился своего и продал все поделки за четыреста рублей. Уверен, торговец выручит за них гораздо больше, именно поэтому не отказался от покупки даже когда цена за слона и льва взлетела до пятидесяти рублей.

На базаре уже не было ни Ивана, ни Анны, поэтому я неспешно прошелся от лавки к лавке, прикупил немного сладостей, еще красок, кое-какие плотницкие инструменты и точило.