Онлайн книга «Титан империи 5»
|
Оставив хозяйку воспоминаний на попечение Амальгамы из прошлого, я бросился к ректору. Тот уже исчез, а в соседнем вагоне было совсем темно. Шагнув туда, я увидел лужу крови. А еще двоих человек. — Чую, долго не протяну, — бормотал юноша, нога которого была обрублена чуть ниже колена. Рядом с ним сидел его товарищ и пытался остановить кровь, хлещущую из обрубка. Свет из его рук заливал весь вагон. — Держись! — шипел он, растирая себе ладони и снова вливая в дрожащее тело друга энергию. Но, казалось, все напрасно — юноша откинулся на спину и его глаза закрылись. — Сука, не смей мне тут умирать! — зарычал его товарищ и встряхнул раненого за воротник. — А ну подъем, Зубр! Это приказ! — Я слышу, Миша… — слабо проговорил юноша, не открывая глаз. — Как там звезда?.. — Едет за нами на привязи… Ты только продержись до безопасного места, и хрен бы с ней. Я ее всю насуху выдою, но спасу тебя, даю слово! — Не надо… Тебе нужнее… Я-то, — и он закашлялся. — Простолюдин, а тебе нужно заботиться о целом роде… — Глупости! У тебя сестра и мать, дурья твоя башка! Я обернулся, и внезапно осознал, что больше не в вагоне метро. Кажется, это была дрезина, и очень знакомая. В окне виднелся полувагон, громыхающий по рельсам, и вот на нем лежало нечто огромное и сияющее красным светом. Едва выглянув наружу, я сразу зажмурился. Сука, светит как небольшое солнце! А за пультом впереди сидели машинисты, и в одном из них я узнал молодого Яна Клавдиевича. Он ругался себе под нос и не отлипал от темного туннеля, который тянулся впереди, освещенный мощным лучом света. — Еще чуть-чуть, ваше благородие, — бросил через плечо второй машинист. — Совсем скоро «Выхино», а там нас уже сам черт не догонит! — Зато меня догонит, — хмыкнул умирающий и застонал. Я прошел в глубину кабины и увидел Павла Петровича. Он сидел на лавке и внимательно смотрел на двух друзей. Можно было воспользоваться моментом и заколоть отвлекшегося ректора, но я посчитал такое поведение ниже своего достоинства. — А это воспоминание у вас откуда? — спросил я, присаживаясь напротив. Вроде как ни девочки (или уже старушки?), ни молодой версии Павла Петровича рядом не было. — Когда они прибыли в ГАРМ, им устроили выволочку, — покачал головой ректор. — А меня заставили просмотреть все их воспоминания, чтобы понять, а не «купили» ли их в обмен на эту «Сферу», как двух нексопоклонников. Нет, все оказалось чисто — оба просто два малолетних балбеса, которые возжелали силы, и им крупно повезло остаться в живых. Да еще и звезду вывезти. Он хмыкнул. — Да, я до сих пор не верю, что им так повезло. Пусть и пересматривал их воспоминания неоднократно. Право, энергию этих двоих, да в иное русло… Мы замолчали, и еще где-то пять минут сидели и смотрели, как отец и его будущий верный слуга пытаются развеселить друг друга, рассказывая пошлые анекдоты. Кстати, а Зубр-то по молодости был просто красавцем. И волосы до плеч. Мой отец на его фоне даже терялся, хотя и от него, наверное, девушки были просто без ума. — И что, меня вы можете тоже так «просмотреть»? — спросил я. — Да. Однако, хоть я и псионик, но страшно не люблю этим заниматься, — ответил ректор. — Это все равно, что копаться в грязном белье. Знаете ли, удовольствия мало, да и потом сам несколько суток ходишь как призрак. Не можешь отличить реальность от фантазии, а уж какая каша в голове у «подопытного» и сказать страшно. Да и занимает подобная процедура довольно много времени. Пустить к себе в голову я могу, а вот лезть в чужую, и еще неподготовленную, — нет уж, увольте. Сделал я это тогда, лишь потому что мне приказали, и не более. Михаил Александрович, я думаю, так и не простил меня. |