Книга Я уже бог. Книга #40, страница 115 – Сириус Дрейк

Бросать нельзя. Отпущу сейчас, и тварь оклемается, а второго такого подхода мне уже не дадут. Значит, дожимаем на голом упрямстве, без всякой подстраховки.

И Лора это поняла.

— Вместе!

Ее нити впились в мои каналы так глубоко, что я почувствовал, как ей самой больно. Она тянула божество заодно со мной, делила со мной этот огонь пополам, и боль теперь была у нас одна на двоих.

Можно было распределить боль на питомцев, вот только они могут потерять концентрацию, и этот момент будет роковым. Так рисковать я не мог, поэтому пришлось вывозить вдвоем с Лорой.

Мы заорали в один голос. Я вслух, она в моей голове, и уже не разобрать, где кончаюсь я и начинается она. Свет под ладонями гас. Вой захлебнулся на полутоне.

Существо схлопнулось внутрь себя. Весь свет и вся спесь твари стянулись в единую точку и затвердели.

На ладони осталось ядро размером с кулак, тяжелое и гладкое. Оно пульсировало угасающим светом, точно сердце, которому забыли сообщить, что все уже кончено.

Я сжал кулак. Ядро вошло в меня, растворилось, и Хранилище приняло энергию божества, как принимало всех «гостей».

Этот глоток оказался болезненным, даже для меня.

Последнее, что помню, как площадь качнулась и опрокинулась навстречу. Кто-то выкрикнул мое имя — далеко-далеко, будто в соседнем мире.

Погас свет, теперь уже мой собственный.

* * *

Внутреннее Хранилище.

Очнулся я не на привычном пляже, а в административной зоне.

Ровный белый свет тек во все стороны. Было тхо, пусто и до того спокойно, что закладывало уши.

Сюда Лора обычно никого не пускала. Я сам тут был всего пару раз. Тут она ворочала кодом моего тела, и оказаться в этом месте означало одно: дела мои были совсем плохи.

Воздух передо мной сгустился и пошел рябью. Из света медленно проступили очертания девушки. Сперва смутные, они приобретали четкость. Первыми появились голубые волосы, что вечно вились вокруг нее живыми лентами. Лора собиралась передо мной по кусочку, лицо у нее было очень встревоженное.

— Ну наконец-то, — выдохнула она, и голос ее дрогнул. — Я тебя чуть не потеряла, балда. Сердце у тебя секунд на пятнадцать встало, я его руками заводила, представляешь? Своими руками! Пришлось активировать резервные резервы!

Договорить я ей не дал, потому что она шагнула вплотную и обхватила мое лицо ладонями.

— Дурак ты, Миша, — прибавила она. — Большой, упрямый дурак. Еще раз такое выкинешь, и я тебе устрою. Запру в Хранилище на неделю, будешь у меня загорать на пляже, пока не поумнеешь.

И поцеловала… Я ощутил тепло ее губ, мягкость, дыхание, и все то, чего у голограммы быть не должно. Этим фокусам она научилась давно, однако спорить, фокус это или нет, мне совсем не хотелось.

Когда она отстранилась, я перевел дух и огляделся.

— Что произошло? — голос вышел сиплым, будто я орал всю ночь. — Последнее, что помню, это ядро и как меня роняет на плиты.

— А произошло то, что мы с тобой все-таки сделали этого урода, — Лора отступила на шаг, в глазах ее мелькнула гордость пополам с упреком. — Завалили ужасно сильное божество. Любой бы на нашем месте давно остыл, а мы только в обморок сходили. Считай, легко отделались.

— Впитали, выходит, — я невольно усмехнулся. — И как, не подавились?

— Чутка не подавились. — Она тоже улыбнулась, но вдруг стала серьезной. — Но дело не в этом, Миша. Вместе с энергией к нам влетело кое-что еще… И мне это очень, очень не нравится.