Книга Я все еще царь. Книга #31, страница 33 – Сириус Дрейк

— Держусь…

И присев, конь сорвался с места. Через секунду он превратился в точку в небе.

Я же обратился к Лоре:

— Нужно максимально блокировать любой след Булата. Не жалей Болванчика!

— Принято!

И за ним сорвались мои ПВО-детальки. Толстой еще провожал летящего по небу Булата, приставив ладонь ко лбу.

— Молодец, девочка, — сказал он, улыбнувшись. — Даже не закричала. Не то что Лермонтов…

— А что Лермонтов?.. — спросил я.

— В первый раз он визжал как девчонка.

И расхохотавшись, Лев Николаевич направился в дом.

Рассевшись вокруг стола, мы доели рагу — вернее, то что от него осталось.

— Будете? — улыбнулся Федор, вытаскивая ЭТО из банки и намазывая его на хлеб.

— Спасибо, кушай, Федя, — поморщился Толстой, чем выразил настроение остальных.

— И что теперь? — задал резонный вопрос Онегин. — Сидеть ночь здесь?

Я покачал головой.

— Раз Булата засекли, значит, они скоро будут здесь. К границам Империи нам дорога заказана. Осталось одно — прорываться к моему Московскому поместью. Другого пути нет.

Все решили, что я прав. Других тайных мест у нас не осталось.

— Лора, как там Булат?

— Все спокойно, — ответила она и показала мне картинку.

А картина была достойна кисти художника. Звездное небо распростерлось во всю ширь. Внизу блестели огоньки деревушек и городов, а прямо в воздухе плыл здоровенный конь с развевающейся гривой. На его спине, вцепившись ему в гриву, сидел дрожащий «кулек». К счастью, невредимый.

— Они уже в центре Сибири, — сказала Лора. — Еще немного и достигнут Дальнего Востока.

— Следи, чтобы все прошло благополучно.

— Слежу. У них все окей. В отличие от нас.

И она показала еще одну картинку с Болванчика. Это были черные автомобили, и они двигались через заснеженную дорогу. Очень знакомую.

— Так…

Вдруг пиликнул телефон. Кутузов прислал всего одну фразу: «Вас нашли».

— Спасибо, капитан!

Тут же откуда-то послышался отдаленный шум моторов. Трасса была довольно далеко, да и соседей вокруг никаких не было километров за двадцать, поэтому…

— Это за нами!

Все уже были на ногах. Все были готовы надирать задницы. Даже Данила — у него в руках сверкал балонный ключ.

— Лора, сколько их? — спросил я, очень сомневаюсь, что драка выйдет простой.

— Много, Миша. Очень много.

Картинок на этот раз она накидала с пару десятков, и я немного приуныл. Вместе с машинами ехали и танки, и броневики, и куча пушек на колесиках. Все самых последних моделей.

Зажглась еще одна картинка, и мне стало совсем грустно. Это были огромные контейнеры. Болванчик подлетел поближе, и через решетки стало видно, что в каждом сидит по Исполину.

— Будет сложно… — протянул я, и тут раздался странный звук.

Все повернулись — Федор бил себя по животу. На пол упал бутерброд с «жижей».

— Сука, не в то горло! — и плюнул. Упав на пол, там что-то блеснуло.

Это был ключ.

* * *

Снаружи.

Наконец из-за деревьев показался дом — совсем крохотный, затерянный глубоко в лесу. Забавно, что он не значился ни на одной карте…

— Попались, голубки! — потер руки Гоголь. — Апчхи!

Техника и солдаты уже были на позициях. Все дула были направлены на окна. Исполины тоже приготовились — замерли в позах спринтеров. Один приказ, и вся эта туча стали оставит от этой избушки одну пыль.

Широко улыбаясь, Гоголь вышел из машины. К нему тут же подскочил солдат с докладом. Оттолкнув его, Гоголь расправил шинель, сложил руки лодочкой и крикнул: