Книга Это кто переродился? Книга 3, страница 18 – Сириус Дрейк, Александр Артемов

И он тяжело вздохнул.

— … Также потерпел фиаско.

— Нет, Аристарх, — сказала Марьяна и, нагнувшись над ним, поцеловала в щеку. — Ты молодец. Вы с Ваней спасли меня.

Глаза няньки потеплели. Он расслабился.

— Поправляйся, старик, — сказал я, взяв Марьяну за плечо. — А мы пойдем навестим Дарью.

В глазах Аристарха мелькнула тень страха. Марьяна же, еще раз поцеловав няньку, пожала ему руку, и мы тихо покинули реанимацию.

Когда дверь закрылась за нами, зверь во мне снова победил — я ударил кулаком в стену. Вмятина вышла глубокая, с трещинами, а мои глаза вспыхнули зеленым. Злоба во мне кипела.

— Ваня, что…? — дернулась Марьяна и потащила меня прочь. — Пошли!

В коридор выглядывали врачи, но мы уже пропали на лестнице.

— Нам нужно найти ее. Срочно, — скрипел я зубами. Моя аура начала просыпаться, и Марьяна в страхе попятилась.

Я был готов взорваться: снова стать тем УЖАСОМ, что бродил по улицам еще несколько недель назад. Но злиться было глупо — я и сам оставил ее в том дворце в окружении лизоблюдов, теней и лжецов. И вот результат: ей навредили, пока я занимался всякой чушью.

Усилием воли мне удалось снова запрятать ауру подальше. До поры.

Глаза потухли, я выпрямился.

— Они не могли положить ее куда-то в тайне от врачей… — сказал я, поглядев в пустой коридор. — Нужно срочно ее найти.

— Но Инквизиторы…

Не дослушав ее, я пошел искать одного из этих мошенников в белых халатах. Они точно знают, куда положили Пациента № 1. Попробуют пикнуть что-то против — будет больно. Очень.

Ради Дарьи я был готов на все. Даже сжечь эту больницу к чертовой матери.

* * *

В палате Пациента № 1.

Стоило двери в палату раскрыться, как Королева открыла глаза. Ее уставшее сердце затрепетало. Мгновение она думала, что это Марьяна с Иваном, но нет — мутная фигура в дверном проеме была одна. Она была высока и облачена в черное.

Совсем как смерть.

— Это ты, Доминика? — проговорила Дарья дрожащим голосом. — А я-то ждала внучку…

Улыбнувшись, мутное пятно, оказавшееся Доминикой Кировой, село на стул подле ложа Королевы. Дарья поморгала и слегка наладила «резкость», однако смотреть все равно было больно, и она поспешила прикрыть веки.

— Вам не нужно волноваться, ваше величество, — сказала Магистр. — Вся больница оцеплена. Вашу внучку пустят, когда вам станет лучше.

— Мне лучше… А эти ожоги — ерунда…

И Дарья зажмурилась. Каждое движение причиняло сильную боль.

— Сомневаюсь… — проговорила Кирова. — Да и не стоило бы девочке видеть свою бабушку в таком состоянии. Ваш вид может шокировать ее.

— Предпочитаете, чтобы она смотрела на меня в закрытом гробу?

— Не говорите глупостей. А лучше скажите, кто…

Королева не могла не расхохотаться. Это было ужасно больно, но куда деваться? Магистр умела развеселить.

— Доминика Александровна, сколько вы уже служите?..

Кирова же подобралась.

— Вы сами дали мне эту должность, ваше величество. Довольно долго. Марьяна Васильевна была еще совсем маленькой.

— Вот-вот, и с вашим опытом, это ВЫ должны отвечать на мои вопросы.

Магистр обиженно закусила губу.

— Я делаю все, чтобы раскрыть заговор, вы знаете, ваше величество. Все золото в городе уже в Башне, а потом…

— Нет, не все, и вы сами знаете. Будь все, убийцы были бы обезоружены, а их лидер уже гнил бы в камере, дожидаясь казни. У Петра же был полный набор золотых, — и в перебинтованных пальцах Дарьи блеснуло золотое кольцо с клеймом Башни. — Вот такое.