Онлайн книга «Это кто переродился? Книга 3»
|
— Вижу… Только услышав позади шаги, Григорий обернулся. За ним стояла Марьяна с коробкой печенья в руке. — Ага, Марьяна Васильевна, и вы тут… — Григорий? — и девушка удивленно склонила голову. — Вы тут какими судьбами? — Охраняем кое-кого. Пациента № 1. — Что-то не так с Доминикой Александровной? Инквизитор жутковато улыбнулся. За его спиной раскрылись двери, и за порог зашли еще пятеро Инквизиторов. Я огляделся — а побледневшая медсестра вцепилась в свои капельницы будто в спасательный круг. Рядом с ней стояло еще двое лысых людей в черном. — Я не уполномочен отвечать на вопросы, — сказал Григорий. — Но я отвечу. Нет, с ней все хорошо. Прошу прощения, но работа не ждет. И поклонившись, он направился прямо по коридору. Меня же пронзил подозрительным взглядом, и я снова вспомнил Лаврентия. Похоже, этим гляделкам этот тип учился у него. Когда коридор очистился, Марьяна плюхнулась рядом со мной. — Чего они тут делают? Я пока ходила в столовку, видела еще троицу. А еще в коридоре… Похоже, вся больница буквально наводнена ими. — Значит, он нам соврал. И с их начальницей что-то случилось, — хмыкнул я, вспомнив Кирову в Башне. И немудрено. Если она осмелилась сунуть нос в один из верхних этажей, случиться с ней там могло все, что угодно. Тут я поглядел на печенье в руках Марьяны. И на Рэда — он, голодно скуля, тянул к нему «мордочку». Девушка же сунула печенье мне. — На. Покорми его. — Куда⁈ — спросил я, взяв печенюшку, и завертел шар из стороны в сторону. — У него же нет ничего. Ни спереди, ни сзади! Рэд обиженно тявкнул. — Покорми! Он может взять еду ТОЛЬКО из твоей руки. Нахмурившись, я сунул ему печеньку. Куда-то. Рэд «попытался» съесть ее, но его тушка только промялась, и не более. — Лопай! Лопай же! Это вкусно! — Нежнее, Ваня… — сказала Марьяна. — Он должен сам понять, как «открыться». — Как⁈ — Не знаю. Просто должен, и все. Лаской, Ваня, лаской… Еще пару раз ткнув Рэда печенькой, я вздохнул. Зараза, еще и ласкай всякие шары. До этого все было куда проще — просто глянь на кого-нибудь Взглядом, и он быстро выполнит все, что мне угодно. Или взмахни крыльями, почеши когтями о камень. Дунь огнем, в конце концов! А тут… Ласка… Устроив Рэда поудобнее, я снова потеребил ему пузико. Тот попытался «взять» печеньку, но я, хитро улыбнувшись, отстранил ее. Питомец заворчал. — Сам знаешь, что без рта, тебе ни по чему, не съесть ее, дружище. Так что одно из двух: либо сидеть голодным, либо… И я снова почесал ему «за ушком». Рэд снова заурчал, а потом потянулся за печенькой. Был он уже мягким и не как мяч, а как… Настоящий питомец. Я приблизил кушанье, и тут в шаре произошла перемена. Из конца в конец на его поверхности прошлась длинная горизонтальная линия — это был рот. Он медленно раскрылся, а там… Зубы. И их было как у меня в лучшие годы! Щелк! — и едва я успел убрать руку, как печенька пропала в его пасти. Рот мигом схлопнулся. Мелькнул язычок, а затем шар снова стал сплошным. — Ваня! Ура! — воскликнула Марьяна, а шар, урча, принялся лопать и другие печенюшки. — У тебя получилось! Не успел я порадоваться этому «замечательному» факту, как к нам подошел врач. — Вы Марьяна Попова и Иван Обухов? — спросил я, и когда мы кивнули поманил нас за собой. — Больной срочно требует вас к себе. |