Книга Это кто переродился?, страница 144 – Сириус Дрейк, Александр Артемов

Как и золотом. Это меня немного напрягло.

Мы остановились.

— Не испугался⁈ — удивился Щорс. Эхо от его голоса гулко заскакало по трубе. — А в тебе есть что-то от аристократа, Обухов…

— Поменьше болтай. Или ты все же хочешь передо мной извиниться?

Тот мигом насупился. Глаза загорелись как факелы.

— Прошу не провоцировать его милость, — вклинился между нами секундант. — Все должно быть по форме официальной магической дуэли.

Игорь кивнул мне, и они с секундантом вышли вперед.

— Прежде чем драться, — сказал Илларионов, — я хотел бы зафиксировать готовность к схватке. Кто хочет пойти на мировую?

Он оглядел всех присутствующих. Никто не ответил.

— В случае поражения, какие условия сатисфакции? — задал он следующий вопрос.

— Будет моим слугой, — ухмыльнулся Ройс.

— Отдаст мне свою подружку, — кивнул Францев. — С которой он сидел в баре.

— Будет молить о пощаде, — сказал Щорс. — Лизать мне ботинки, есть из моей руки и так далее. Или умрет!

Их секундант нахмурился.

— Убийство, ваша милость? Я не соглашался на смертельный исход…

— Тебя никто не спрашивает, Петр. Делай свое дело, а то твоя сестра отправится обратно в бордель.

Вздохнув секундант, спросил меня:

— А какие ваши условия?

Я ответил:

— Золото. Все, что есть на счетах этой троицы.

Секундант покачал головой.

— Прошу прощения, но условия дуэли не должны касаться имущества рода. Дуэль подразумевает индивидуальную схватку. И договор должен быть строго индивидуален.

Что ж, стоило попытаться. Увы, зова от точно них не исходило, поэтому здесь и сейчас они не могли мне отдать ничего, кроме оружия и шмоток.

Немного подумав о том, как мне выудить из Францева мою собственность, я сказал:

— Тогда одно желание. На каждого. И оно не касается дел рода.

Секундант повернулся к троице.

— Согласны?

— Желание? — нахмурился Францев. — Какое⁈

Я пожал плечами.

— Пока не знаю. Придумаю, когда вы все трое будете молить о пощаде.

Секундант выдержал секундную паузу, а затем ответил:

— Требовать исполнения личных желаний в качестве сатисфакции не возбраняется дуэльным кодексом. Согласны, господа?

Двое неохотно кивнули, и мы поочередно коснулись перстнями. Они вспыхнули легким розоватым светом.

— Дуэльный договор заключен, — кивнул секундант, а затем посмотрел на Щорса, который так и остался стоять на месте. — Ваша ми…

— Нихера я не буду выполнять твои приказы! — рявкнул он. — Кто ты вообще такой, выскочка? Мой род насчитывает пятнадцать колен! Мой предок…

Я вздохнул. Ну началось… Сейчас придется выслушивать его липовую родословную во всех подробностях. Еще будучи крылат, знавал я одного Щорса — вчерашнего крепостного, торгующего борзыми щенками, которых он сам же и крал с поводка. Положение в свете он получил после того, как вытащил из болота светлейшего князя, куда тот рухнул по пьяни. Ставлю один золотой, что этот клоун его потомок.

Не собираясь слушать очередную «правдивую» историю, я вышел вперед.

— Отказываешься, Щорс, значит, умрешь. Давай, выходи, если не трус.

Тот сплюнул и вытащил свой меч.

— Смерть на смерть!

— Идет.

Мы сделали шаг друг к другу, а затем, вытянув руки, коснулись перстнями. Камни вспыхнули.

Затем настала очередь секундантов — они отошли подальше, а потом подняли ладони. Их глаза засияли, и на расстоянии в двадцать метров вокруг нас с Щорсом возникли голубые очертания барьера. Почти сразу они начали медленно смыкаться.