Книга Эволюция целителя 2, страница 96 – Сергей Карелин, Сергей Харченко

— А зачем мне отваливать такие деньжищи, если можно обратиться к серой схеме? Скажи мне, Алексей. Есть ли смысл переплачивать? — процедил он и продолжил идти к одному из входов в Казанский вокзал.

— Разумеется нет смысла, — бросил я ему, догоняя. — То есть всё, кроме капсулы, является копиями.

— Да, всё остальное собрано в подполье нашими умельцами, — кивнул в ответ Захарыч. — Силовой блок, коммуникатор, провода — всё это российское. Можно сказать, неплохое импортозамещение, правда?

— Странно только, почему тогда остальные не подсуетились, — заметил Пуля, появляясь рядом со мной. — «Реаниматоры» должны быть по идее в каждом поместье.

— Во-первых, эта услуга появилась недавно, — хмыкнул Захарыч. — Я же навожу справки, вот и, как ты говоришь, подсуетился. А во-вторых, мой друг работает в той серой фирме. Я его как-то с того света вернул, и он мне сделал отличную скидку.

— Тогда остался один вопрос, — произнёс я, когда мы заходили в вокзал. — Проблем с комиссией не будет?

— Не здесь, — огляделся Захарыч.

Мы прошли через пункт досмотра, нас просветили через рамку два крепких охранника, хотя на фоне Пули они казались подростками.

— Вам на выгрузку товара, — сообщил нам один из стражей порядка, показывая куда-то в сторону. — Вам надо пройти в отдельную зону, и там будут указатели.

Мы прошли в самый конец вокзала, повернули от касс налево и спустились по ступеням в подземный переход.

Людей здесь не было, так что Захарыч продолжил.

— Все документы не отличишь от подлинников, — тихо заметил он. — И даже больше скажу, каждый из них имеет уникальный номер, зарегистрированный в международном лекарском реестре. Так что выдыхайте.

— Пять тысяч за Реаниматор? — хохотнул Пуля. — Ну ты дал, конечно, Захарыч.

— Чуть больше получилось. Семь. Но это ведь ерунда, — улыбнулся лекарь. — По сравнению со ста тысячами.

— Разница ощутима, — хмыкнул я. — Вот только надо теперь противопожарную систему проверить, орошо ли работает.

— Я твой тонкий намёк понял, Алексей, — пробормотал Захарыч, ступая на эскалатор, а мы зашли на ленту следом за ним. Нас потащило вперёд, затем мы повернули немного левее. — Всё проверим на месте во время выгрузки. Главное, чтоб силовой блок был заземлён. Остальное не так важно.

— Капсула тоже, — заметил Пуля.

— Капсула оригинальная, Олег, давай не умничай, — пробурчал в ответ Захарыч. — Её люди руками собирают, каждую деталь проверяют. Это тебе не машинная сборка, когда получаются косяки. Всё там уже предусмотрели.

Мы сошли с эскалатора, который заканчивался у мерцающей зоны.

— Охранная зона. Предъявите пропуск, пожалуйста, — обратился к нам из динамиков вежливый женский голос.

— Держи пропуск, красавица, — улыбнулся Захарыч, раскрывая сложенный лист бумаги и показывая его мерцающей стене.

— Всё хорошо. Проходите. Ваш поезд прибудет на десятый путь через три минуты пятьдесят секунд. Четвёртый вагон. Стоянка три часа, — радостно сообщил нам голос. — На территории находится зал ожидания…

Мы уже не слушали, прошли ещё поворот и поднялись по ступеням к платформе.

— Не пойму, почему не сделали и здесь эскалаторы, — задумчиво произнёс я.

— Я не первый раз задаюсь таким вопросом, Алексей, — скривился Захарыч. — Наши светлые умы посчитали, что это не нужно.