Книга Разводись красиво, страница 21 – Марго Ромашка

Я провела её по квартире. Она задавала точные вопросы: куда выходят окна, какой вид будет через пять лет, когда напротив построят новый комплекс, кто делал ремонт, какой метраж у террасы. Я отвечала чётко, не заискивая. Чувствовала, что эта женщина не терпит лести и пустых слов. И странное дело — я ей нравилась. Я видела это по тому, как она кивала, как иногда уголок её губ трогала едва заметная улыбка.

— Вы хорошо знаете своё дело, — сказала она, когда мы остановились у панорамного окна. — Редкое качество в наши дни.

— Спасибо, — я чуть склонила голову.

— Документы готовы? — спросила она.

— Да, — я достала папку и протянула ей.

Она надела очки в тонкой золотой оправе и начала просматривать бумаги. Я стояла рядом, ожидая вопросов. И вдруг мой взгляд упал на верхний лист. Тот самый, где были указаны данные покупателя.

«Маргарита Аркадьевна…»

А дальше — фамилия.

Я замерла. Сердце пропустило удар, а потом заколотилось где-то в горле.

Фамилия была та же, что и у Романа.

У меня в голове пронеслось всё сразу. «Совпадение? Нет. Не может быть совпадением. Редкая фамилия. Богатая женщина. Возраст — около семидесяти. У Романа есть мать. Он говорил о ней в ресторане. Говорил, что она чуть не развелась с отцом, что ей было трудно. Это она. Его мать».

Я стояла с каменным лицом, глядя, как пожилая женщина листает документы, и чувствовала, как земля уходит из-под ног. Вот так поворот. Я — риелтор, которая продаёт пентхаус матери человека, в которого я, кажется, влюблена. И который признался мне в любви в оранжерее два дня назад.

Маргарита Аркадьевна оторвала взгляд от бумаг и посмотрела на меня поверх очков.

— Всё в порядке, — сказала она. — Я беру.

Я кивнула, стараясь, чтобы голос не дрожал.

— Отлично. Тогда я подготовлю договор.

Она сняла очки и вдруг посмотрела на меня внимательнее, взглядом, который я уже видела. У Романа. Тот же прищур. Те же тёмные глаза. Та же способность видеть насквозь.

— С вами всё в порядке? — спросила она. — Вы вдруг побледнели.

— Да, — я выдавила улыбку. — Просто душно немного.

Она кивнула, но, кажется, не поверила. Такие женщины, как Маргарита Аркадьевна, всегда чуют ложь.

Роман спускался по лестнице из своей спальни, на ходу застёгивая манжеты. Сегодня была важная встреча в офисе, и он мысленно прокручивал пункты повестки. Но мысли то и дело сбивались. Возвращались к субботе. К оранжерее. К тому, как Оля привстала на цыпочки и поцеловала его первая. Он поймал себя на том, что улыбается, как дурак, стоя посреди холла с наполовину застёгнутой рубашкой.

— Рома, — голос матери раздался из гостиной. — Зайди на минуту.

Он вздохнул, одёрнул манжеты и вошёл. Маргарита Аркадьевна сидела в кресле у окна, попивая утренний кофе из тонкой фарфоровой чашки. Выглядела она, как всегда, безупречно: светлый костюм, жемчуг, идеальная укладка. В свои семьдесят она сохранила ту острую, породистую красоту, которую когда-то унаследовали оба её ребёнка. И характер, который они унаследовали тоже.

— Доброе утро, мам, — он наклонился поцеловать её в щёку. — Как прошла сделка вчера? Ты не рассказывала.

— Отлично, — она махнула рукой, давая понять, что пентхаус — не тема для разговора. — Сядь.

Роман сел. Мать смотрела на него тем самым взглядом, который он знал с детства. Взглядом, предвещавшим разговор, которого он всеми силами старался избежать.