Книга Янтария, страница 55 – Надежда Волгина

Таня старалась понять по голосу женщины, рада ли она переменам в сыне. Но не понимала. Та говорила с такой надрывной грустью, словно только что испытала великое горе.

— Я их растила одна, – продолжила она, не глядя на Таню. – Вся моя жизнь – это Зерус и Рута. Где моя дочь? – вот тут она в упор взглянула на Таню.

Как можно ответить на этот вопрос? Зерус просил скрыть от матери правду. Но лгать этой красивой и мудрой женщине она не могла. Да и не получилось бы, таким проницательным у той был взгляд. И Таня вкратце рассказала ей все, даже то, что Зерус просил сохранить все в тайне.

Какое-то время женщина сохраняла молчание. Таня тоже боялась дышать. Ей даже страшно было представить, какие мысли витают в голове той. Наверное, во всем винит ее. И самое страшное, что она ничего не могла сказать в собственное оправдание.

Мать Зеруса словно прочитала ее мысли – ласково улыбнулась и произнесла:

— Не вини себя. Такова судьба у моих детей.

С этими словами она покинула комнату, плотно прикрыв за собою дверь.

И все же Таня винила… как и понимала, что на это имеет полное право мать Зеруса и Руты. Мало того, что сделала из потомственного охотника тряпку, так еще и дочь поставила под удар. Скорее бы уж вернулись Зерус с Рутой! Ну почему они не разрешили ей пойти с ними?!

От всех этих мыслей Таня так измучилась, да и усталость с такой силой заявила о себе, что она повалилась в постель и моментально уснула.

Разбудил ее шум за дверью. Через секунду она распахнулась, и в комнату вошли Зерус и Нида. Но прежде чем за ними закрылась дверь, Таня успела разглядеть встревоженное лицо матери Зеруса.

Нида бросилась к Тане и упала перед ней на колени.

— Какое счастье, что ты жива! – причитала она, заливаясь слезами и обнимая ноги Тани. – Я думала, они обманывают… Тебя тут не обижают? – вгляделась гномиха в лицо Тани.

Всем своим видом Нида игнорировала Зеруса, не глядя на него, застывшего в дверях. Но отношения гномов и людей меньше всего волновали Таню в данный момент. Как и то, что лепетала гномиха. Ее она почти не слушала, во все глаза глядя на Зеруса.

— Где Рута? – голос плохо слушался, вопрос прозвучал пугающе хрипло.

— Не знаю. Из замка она вышла одна, – указал он на Ниду. – Отказалась говорить, пока не увидит тебя.

— Увидела?! – тут же схватила Таня за шиворот гномиху и подняла с полу. – Рассказывай! – для пущей убедительности тряхнула она ее как следует.

— Госпожа, она появ…

— Ее имя Рута! – рявкнула Таня. – Называй ее по имени!

— Рута появилась неожиданно, – мелко закивала Нида. – У меня не было времени подготовиться. Перед тем, как смениться, стражники напиваются в хлам. Вот мы и решили бежать до смены, – лепетала гномиха. – Я оставила дверь ее комнаты открытой и дала меч. По моему сигналу Рута вышла из комнаты, и мы побежали к выходу. Я никогда не видела, чтобы человеческая женщина так сражалась, – в голосе Ниды послышались нотки восхищения. – Рута убила всех, кто вставал на нашем пути. Но к сожалению, шум привлек к нам внимание других воинов. Мы почти добежали до двери, когда на нас напали. Тогда Рута вытолкнула меня за дверь и захлопнула ее, преграждая путь назад. Последнее, что я слышала, это лязг мечей и крики раненных воинов.

Нида печально опустила голову.

— Она погибла? – прошептала Таня, глядя на Зеруса. Слезы текли по ее щекам.