Книга Если б не было тебя..., страница 82 – Надежда Волгина

— Которая не продается, — скороговоркой ввернул Семен Исаакович.

— А почему именно та? — поинтересовался Артур. — Здесь есть другие работы этого автора, выполненные в карандаше.

— Именно, — упрямо поддакнул Семен Исаакович. — Далась вам эта картина. Сказано, не продается.

— Вы не понимаете! Я еще никогда не встречал подобного сочетания. Такое впечатление, что картину писали два человека — дальтоник и человек, обладающий каким-то уникальным зрением.

— Картина не продается, — твердил Семен Исаакович, как заведенный.

— Да, подождите, Семен Исаакович, — не выдержал Артур и одернул друга. — Интересно же послушать.

— Ты мне больше не дашь такой красоты! — выпалил еврей, и губы его задрожали, как у маленького обиженного ребенка. — Знаю я тебя, жестокого.

— Так это вы?!

Что стало с лицом мужчины в этот момент? Он стал похож на энтомолога, увидевшего в городском парке, куда ходят толпы отдыхающих, насекомое, вымершее несколько миллионов лет назад, спокойно сидящее на цветке.

— Это вы написали шедевр, как с точки зрения искусства, так и с точки зрения науки?

— Это моя картина, — улыбнулся Артур, не разделяя восторга мужчины.

— А… А можете вы мне рассказать, как у вас так получилось?

— В двух словах не получится. Если хотите, можно завтра встретиться, и я попытаюсь вам объяснить, если, конечно, смогу.

— Я не просто хочу этого, а мечтаю, можно сказать, — мужчина достал платок из кармана куртки и вытер им вспотевший лоб. — Вот вам моя визитка, — он протянул Артуру кусочек картона, который передала ему женщина, разыскав тот в своей необъемной сумочке. — Мы остановились в гостинице, — мужчина назвал гостиницу и номер, в котором остановился. — Только… у меня будет просьба. Если вас не затруднит, приходите пораньше. Дело в том, что встаю я очень рано, и утро для меня самое плодотворное время суток, когда биоритмы настроены на работу и исследования. Именно в это время я бы и хотел побеседовать с вами. Семь часов — это не очень рано для вас?

— Я приду ровно в семь и принесу с собой картину, похожую на эту.

— О, о таком я даже мечтать не смел. Спасибо и буду ждать вас с нетерпением новобрачной, — пошутил мужчина.

Артур вертел в руках визитку с надписью: Корнеев Лев Сергеевич — профессор медицинских наук, хирург-офтальмолог высшей категории, «Центр микрохирургии глаза». Вот так неожиданно судьба подбросила ему человека, которому можно рассказать все без утайки, тем более что человек этот является еще и специалистом по зрению. Возможно, от него он узнает что-то, что позволит разгадать эту тайну.

* * *

Семь утра для Артура было несусветной ранью. А, если учесть, что встать ему пришлось и вовсе в пять, то рань превращалась в заоблачную. Но его это устраивало, как никогда. Днем приезжала Диана, которую он собирался встречать на вокзале. Сколько времени займет беседа с профессором, Артур не мог предположить даже примерно. Но, запас был приличный, значит можно попытаться успеть все.

Выбрав тот самый этюд, что писал на морском берегу, Артур отправился к профессору. Этюд он выбрал по нескольким соображениям: из-за его миниатюрных размеров и потому, что он являлся первооткрывателем во всем — технике, приеме и материалах исполнения. Артур рассудил, что в нем профессор найдет все необходимые компоненты для исследования. Кроме того, Артур считал его самым удачным из всех своих этюдов.