Книга Массажистка, страница 79 – Надежда Волгина

Антон вынырнул из нее, судорожно выдохнул ей в шею и излился на ее живот.

— Прости, — пробормотал, — рисковать ни к чему…

Даша вообще сейчас ни о чем не могла думать, кроме того, как ей было с ним хорошо. Отголоски оргазма все еще бушевали в ней. И она знала точно, что еще долго будет вспоминать о том удовольствие, что он подарил ей сегодня.

— Я в душ, — слез с нее Антон и встал с кровати.

Он быстро натянул штаны с футболкой и обернулся от двери:

— Встретимся в столовой.

И все? Ни финального поцелуя, ни еще чего-нибудь теплого и приятного? Так сухо… Хотя, чего она ждет от кого, кто, кажется, ее ненавидит? Да, он хочет ее, и подтверждение этому Даша видела не раз, но это только на физическом уровне. А вот душа его… там же сплошные потемки. И чем больше с ним общается, тем хуже его понимает. Мужчина-загадка, желанный самец и просто невыносимый человек.

Вздохнув тяжко, Даша тоже встала и поплелась в ванную. Нужно было смыть с себя его сперму, а заодно и прополоскать мысли.

Ну вот он «отымел ее» и что? Стало ему легче? Да ни черта подобного! Все стало только хуже и запутаннее. А все потому, что реальность превзошла его ожидания. Ни с одной женщиной (а их в его постели побывало немало) ему не было до такой степени хорошо. Даже замечательно, крышесносно! Да он ее сразу же захотел снова, стоило только оказаться в своей комнате. И даже прохладный душ не сбил градус возбуждения. Черт! Черт! Черт! И как ему вести себя с ней дальше? Как держаться, чтобы не брать ее снова и снова, плюя на то, хочет ли она этого?!

Когда он вошел в столовую, Даша уже сидела за столом. Волосы ее были мокрыми после душа, и на ней был все тот же чертов халат, от которого Антон не так давно ее освободил. Сейчас он немного распахивался на ее груди, ничего не показывая, конечно, но заставляя вновь захотеть увидеть то, что под ним. И выглядела Даша задумчивой.

— Извини, что в таком виде, — обвела она себя взглядом и запахнула халат на груди.

— Вещи не свежие, и я их отдала горничной постирать. А на смену ничего нет. Не догадалась прихватить, — добавила с досадой в голосе, и Антом вспомнил, что когда забирал ее от клиентки, она несла с собой небольшой дорожный саквояжик.

— Не беда, — отозвался он и уткнулся взглядом в тарелку. Не мог он смотреть на нее, такую домашнюю, и не возбуждаться. Хотя, о чем он говорит, если возбуждали его и мысли о ней. — Завтра соберешь вещи. У тебя теперь будет машина и водитель. В полном твоем распоряжении, — бросил на нее быстрый взгляд. И конечно же, заметил ее приоткрытые губы, которые тут же захотелось поцеловать. — Почему не ешь? — обратил внимание, что еда на тарелке перед ней не тронута.

— Что-то аппетита нет, — вздохнула она, но вилку взяла и ковырнула мясо. А потом наколола зеленую горошинку и отправила в рот. И Антон проследил за ней, глупо завидуя.

Он злился на себя, за то что не может не думать и не смотреть на эту девушку, а нагрубить хотелось ей. А ведь никогда раньше у него не было желания сорваться на ком-то. Жизнь с детства приучила его, что твои проблемы твоими и остаются, пока ты сам с ними не справишься.

А вот ее проблемы ему совсем не нравились, как и то, насколько остро она реагирует на уродливую семейку, в которой угораздило ее родиться. Как между сестрами могут быть такими отношения? Почему на одну смотришь и видишь стерву, а вторую хочется встряхнуть как следует, чтобы вытряхнуть дурь из головы, заставить не быть в роли жертвы? И проблемы ее родом из детства. Не в одной сестре дело, а в родителях, скорее всего. Надо бы ему покопаться в ее детстве. Только вот, в сети он эту инфу вряд ли найдет, а ее разговорить сможет? Во всяком случае, надо попробовать. Знание — это сила, а как оказалось, ничего толком про нее он не знает.