Книга Наперекор моим ошибкам, страница 24 – Дина Сдобберг

Как будто меня со всех сторон отделяла от мира с его вечными проблемами железобетонная скорлупа с многометровой толщиной стен.

У меня было надёжное и безопасное место, где я чувствовал себя своим. А за уют и тепло в этом изолированном мирке отвечала Белка.

— Малая, пошли спать, а? — пытался я изобразить просящее выражение на морде, пока мыл посуду. — Ну, я посплю, а ты полежишь рядом с книжкой, если спать не хочешь.

— Тебе что, спокойнее, если кто-то ворочается рядом? — засмеялась Белка.

— Ни кто-то, а одна маленькая белочка, — почти мурлыкал я, облапывая девчонку и покусывая кончик её ушка.

Она неизменно ёжилась и со смехом возмущалась, что ей щекотно. Я понемногу позволял себе больше. И каждый мой новый шаг она встречала замирая на месте. Даже дышать начинала медленнее. Белка словно прислушивалась к тем ощущениям, что будили в ней мои прикосновения. Но главное, в ней не было страха, она полностью мне доверяла, каждый раз неотрывно глядя своими невероятными глазищами прямо в мои глаза.

— Я знала, что так и будет, — улыбаясь каким-то своим мыслям, кивнула она. — Вон, даже всё подготовила, чтобы пока мы спим, ничего не делать. Надо только в холод убрать.

— Ага, я вижу. — Кивнул я на большую стеклянную миску накрытую влажным вафельным полотенцем.

Сквозь прозрачные стенки был хорошо виден очищенный и порезанный дольками картофель. Я обожал, когда малая посыпала его солью и перцем и жарила в духовке. А перед тем, как подать на стол, посыпала свежим зелёным луком.

— У нас сегодня ещё планируются гости? — сделал я испуганные глаза, открыв холодильник.

— Нет, думаю, что и тех, что мы не планировали хватило за глаза. И вообще, план по гостям до конца года выполнен, — фыркнула малая. — С чего это ты так решил?

— С того, что у нас в холодильнике пять пачек куриных голеней. Или это про запас, а из-за прихода мамаши ты холодильник с морозилкой перепутала? — ответил я.

— Нет, это на ужин. Ты же говорил, что ножек из кфс можешь съесть двадцать штук, — взгляд у моей Белки стал хитрым-хитрым. — Вот и проверим.

— Так, а как эти голени превратятся в ножки из кфс? — не понял я.

— Вот вечером и увидишь. — Не стала отвечать малая.

— Сегодня что, международный день непоняток? — ворчал я, топая в маленькую комнату, где у нас была спальня. — О! Ты уже успела занавески купить?

— И постирать, и погладить, и даже повесить. Правда спать легла в три часа ночи. И руки теперь болят. А с утра бегала по делам. — Спрятала за ладошкой зевок Белка. — Так что ставь будильник, потому что я сама сейчас вырублюсь.

Меня уговаривать не пришлось. Решив, что рассмотреть, что она там выбрала, я смогу и потом, я одним движением задёрнул ночные шторы и чуть ли не прыжком нырнул в кровать, где уже спряталась под одеялом малая.

— Вот неудобно же в этой штуке спать, — проворчал я, расстёгивая застёжку её лифчика.

С видом, что ничего необычного не происходит, я стянул с неё эту часть одежды и бросил рядом с кроватью. Чмокнул в плечо и прижал Белку спиной к своей груди.

Она развернулась, внимательно посмотрела на меня и резко откинула одеяло.

— Тоже мешают, — ехидно улыбнулась она, стягивая с меня портки, чему я и не сопротивлялся, и отправляя их к своему лифчику.

— Сейчас кто-то доиграется, и я продолжу, — предупредил её я, даже не пытаясь прикрыться.