Книга Внезапно Папа, страница 121 – Татьяна Любимая

— Женька у тебя гений, Настена. Он меня так выручил, ты даже не представляешь. Я ведь чуть фирму не потерял. Но теперь все. Проблема решена.

— У фирмы были проблемы? Почему мне не рассказал?

— Не хотел волновать. Хватит тебе отца–одиночки и мальчика… Двух, – добавляю, глядя на Нежука, что притаился за углом и ждет Матвея, чтобы выпрыгнуть на него и вызвать новый приступ детского смеха. – Тете Наташе даже не говорил, чтобы тоже не переживала.

— Миша! – укор застывает в глазах моей девочки. – Я же видела, что ты не в себе. Места не находила, нервничала. Думала ты жениться не хочешь, жалеешь, что поторопился с предложением, сказать боишься что передумал, а ты… У–у, медведь бесчувственный, – шлепает меня ладонью по руке, что бесцеремонно лезет по бедру под платье.

— Прости, уберечь хотел.

— Пожалуйста, Миша… – Настя обхватывает ладонями мое лицо. Хмурясь, в глаза заглядывает, – давай больше без тайн?

— Обещаю. Больше никаких тайн.

— Точно?

— Точно–точно, – целую стрекозу в нос, чтобы точно не сомневалась.

— Тогда ответь мне на пару вопросов.

Прокручиваю в голове о чем может Настена спросить. Вроде других косяков нет, если только до нее. Так это было ДО нее, значит, не считается.

— Слушаю.

— Миша, ты знал, что Инна придет? Почему приехал с работы раньше и так вовремя?

— Охрана позвонила. Инка с полудня возле дома барражировала, ждала, когда вы гулять пойдете, а ребята ее заметили, доложили.

— Ты знал, что она придет? За ней следили?

Сказать правду или соврать? Признаться, что я, почти двухметровый детина – ревнивый дурак?

И все же я только что обещал ничего не скрывать.

— Следили за вами с Матвеем…

— Зачем?!

— Чтобы никто тебя у меня не посмел забрать, – глухо признаюсь и прячу лицо в ее волосы как провинившийся ребенок.

— Ты серьезно? – Настена выпутывает меня из своих волос, в глаза заглядывает. И улыбается – не верит. Через секунду становится серьезной: – Нам угрожает опасность? Это из–за проблем на фирме?

— Нет, Настена, – спешу успокоить свою девочку. – Вам с Матвеем ничего не угрожает, честно. Просто я тебя жутко люблю и ревную, особенно когда Серега о тебе спрашивает. Ну и появление Инны я не исключал, фотографию парням показал, чтобы в курсе были.

— Глупый мой, ревнивый Медведь, – выговаривает Настена, но по глазам вижу – довольная. – А я все голову ломала, откуда ты узнал про Инну. Думала, удачное совпадение, что ты рано приехал. Что за документ ты ей отдал?

— Копию решения суда о лишении ее материнских прав и запрете приближаться к нашему ребенку ближе пятисот метров. Так что больше не придет.

— Жалко ее.

— Не стоит жалеть, – со сталью в голосе останавливаю любимую. – Как вспомню где и как мой сын раньше жил… – закипаю, едва память подкидывает картинку той халупы, в которой даже едой не пахло, – убить ее готов. Ее счастье, что догадалась мне малыша оставить. Как подумаю что с ним могло быть… Понимаешь, Насть, меня тетя Наташа не бросила, когда мама умерла, одна растила, а тут мать родного сына на произвол судьбы… Без объяснений, без всего! Что мешало ей сообщить мне что рожать собралась? Не нужен был – зачем тянула столько лет? Бабку родную больную бросила…

Кулаки непроизвольно сжимаются. Не понимаю Инну и понимать не хочу. Курица безголовая.