Книга Чёрная Роза. Кавказский брак, страница 73 – Лика П.

Эти слова сорвали с него последнюю сдержанность.

Он наклонился и поцеловал её — жадно, с рыком в груди, как будто ждал этого признания целую вечность. Язык проник в её рот, сплетаясь с её языком, пока их тела продолжали двигаться в одном ритме.

— Ты моя Роза… моя чёрная прекрасная Роза… душа моя… — шептал он ей в губы не отрываясь. — Роди мне ребёнка…

Это было больше, чем просто желание. Оно поднималось из самых глубин его души.

Тело само понесло его — движения стали резче, глубже, сильнее. Роза обвила его бёдра своими длинными ногами, притягивая ещё ближе. Ладони легли на его скулы — горячие, напряжённые, влажные от пота. Она смотрела в его глаза, чувствуя, как он заполняет её полностью.

— Это больше, чем признание в любви, дорогой… любимый мой муж… — прошептала она дрожащим голосом.

Роза прикрыла глаза, и две крупные слезинки медленно скатились по её вискам, скрывшись в волосах.

— Девочка моя… — выдохнул он почти с болью.

Мансур ускорился. Их дыхание смешалось — тяжёлое, рваное, горячее. Мышцы его спины и плеч перекатывались под блестящей кожей, напрягались с каждым мощным толчком. Роза стонала уже без остановки — тихо, протяжно, срываясь на всхлипы.

Оргазм пришёл к ней первой — ослепляющей волной, накрывшей с головой. Она выгнулась, впиваясь ногтями в его плечи, тело содрогнулось, внутренние стенки сжались вокруг его члена так сильно, что Мансур зарычал сквозь зубы. Он продержался ещё несколько толчков — глубоких, резких — и излился в неё, тяжело, долго, заполняя её жаром. Последние спазмы он встретил, вжимаясь в неё всем телом, не позволяя ни миллиметра расстояния между ними.

Они застыли в горячих объятиях, слушая бешеное сердцебиение и рваное дыхание друг друга.

Он не выходил из неё. Просто лежал сверху, опираясь на локти, чтобы не раздавить, и целовал её мокрые виски, щёки, уголки губ.

— Моя жена… — шептал он снова и снова, будто боялся, что она исчезнет. — Моя Роза…

Она улыбнулась сквозь слёзы, обняла его за шею и притянула ближе.

— Я здесь… всегда здесь… с тобой. И ты будь всегда… со мной.

И они лежали так — сплетённые, горячие, блестящие от пота, пока луна медленно уходила за край окна, а их дыхание становилось всё тише, всё спокойнее, всё роднее.

Прошло ещё два месяца. Роза окончательно обжилась в подмосковном доме. Дни текли спокойно, но полные жизни и того тихого, глубокого счастья, о котором она так долго мечтала.

Уже несколько дней подряд по утрам Роза чувствовала себя непривычно — её подташнивало, появилась сонливость, странная, почти болезненная чувствительность к запахам. Сначала она списывала это на усталость от домашних хлопот, но потом решила купить тест. И неожиданно для себя увидела на нём две яркие полоски — почти мгновенно, без задержки.

Она застыла с тестом в руках, сидя на краю ванны и глядя на него, словно боялась, что видение исчезнет. Сердце так сильно забилось, что казалось, оно вот-вот вырвется из груди.

— Неужели это правда… — прошептала Роза, голос её дрожал от волнения. — Аллах… у нас что, будет ребёнок?

Радость хлынула волной — такой мощной, что слёзы тут же навернулись на глаза. Она немедля решила сходить к врачу, чтобы окончательно убедиться. УЗИ показало крошечное пятнышко — пульсирующее, живое, настоящее. Два месяца беременности. Роза вышла из кабинета, прижимая снимок к груди, и впервые за долгое время почувствовала настоящее женское счастье — то, о котором она когда-то только мечтала.