Книга Развод. Из Норвегии с любовью, страница 59 – Николь До

Он берёт пустой стакан и крутит его в своих длинных пальцах. Ставит на стойку. На меня не смотрит, будто этот стакан интереснее, чем я.

— Хотел увидеть девочек.

— Девочки сейчас дома.

— Скоро они лягут спать, время позднее, — задумчиво произносит он и поднимает на меня глаза. — До скольки у тебя смена?

Я смотрю на него. На этого человека, который пролетел пол-Европы, чтобы увидеть дочерей. Который пришёл в бар, где я работаю, чтобы сидеть здесь, пить водку и смотреть на меня холодными глазами.

Я чувствую, как внутри всё сжимается. Он приехал, но смотрит на меня так, будто я чужая для него. Это неприятно колет.

— До полуночи, — отвечаю я. — Почему ты не сказал, что приезжаешь?

Вижу, как его плечи напрягаются от моего вопроса. Прикусываю язык. Кажется, он думает, что я не рада встрече с ним. Что я будто спрашиваю из недовольства.

Чёрт. Так у нас точно ничего толкового не выйдет.

Нам надо поговорить начистоту. Без утайки. Без всяких недосказанностей. Но я даже не знаю, как подступиться к нему теперь. Я никак не ожидала, что он встретит меня таким образом.

Да что там! Я вообще не думала, что он прилетит сюда.

— Я хотел сделать сюрприз, — признаётся он и пододвигает стакан.

Я на автомате наливаю ему снова. Мне не нравится, что он пьёт. Ведь тогда разговор дельным не выйдет, но я ведь не могу запретить. Он видимо устал с дороги. Расслабляется, как может. Да ещё и это напряжение между нами…

А ещё меня вдруг пронзает одна неуместная, но такая жаркая мысль. Он же не остановился в отеле, правда же? Он пойдёт со мной в квартиру, а там… мы будем спать вместе, потому что больше нет свободного места. Только моя скрипучая старая кровать.

По телу пробегает горячая волна, и я краснею.

Пытаюсь подумать о чём-то другом, но не получается. Я даже боюсь спрашивать, остановился он где-то или нет, чтобы не спугнуть его своими вопросами. Он ведь всё воспринимает сразу в штыки.

Смотрю, как он опрокидывает в себя ещё одну стопку.

Я беру тряпку, начинаю протирать стойку. Просто чтобы занять руки. Просто чтобы не смотреть на него. Просто чтобы не думать ни о чём.

Эспен опускает пустой стакан на стойку.

— Хочешь что-нибудь ещё? — спрашиваю я.

— Нет, — он смотрит на меня. — Я просто посижу. Если ты не против.

— Нет, не против.

Я обслуживаю других посетителей, выполняю заказы, смешиваю коктейли и снова улыбаюсь чужим людям. А он сидит за стойкой и смотрит на меня. Иногда пьёт, иногда смотрит в стену, иногда — на меня.

Мы почти не разговариваем. Только короткие фразы, только взгляды, от которых я каждый раз начинаю задыхаться. В голове кружатся всё те же мысли. Что я забрала девочек, уехала от него, не поговорив, а в он просто взял и приехал. Наверное, потому что обещал девочкам. Сейчас я вспоминаю их просьбу, понимаю, что он оставил дела в институте, лишь бы провести время с дочками. Он очень хороший любящий отец.

А ещё я думаю о том, что возможно уже слишком поздно что-то исправлять. Боюсь, что арктический лёд в его глазах не растает никогда. Но я должна попытаться. Должна хоть что-то сделать.

Я подхожу к нему, опираюсь руками о стойку и набираюсь храбрости. Как в омут с головой прыгаю, так тяжело и напряжённо себя чувствую. Будто не знаю, есть ли там вообще дно, не утянет ли меня в бездну чудовище.