Книга Сводные. Против правил, страница 8 – Бэта Джейн

Я потрогал материал, грубый, жесткий.

— А футболки?

— Вот, с принтами.

Я выбрал одну с надписью "Just do it" (но без логотипа Nike, что меня смутило).

— А кроссовки?

— Вон те, белые.

Я примерил, подошва тонкая, ногам неудобно.

— Они жмут.

— Разносятся.

Я вздохнул.

— Ладно, беру.

Дома я впервые надел дешевые джинсы, они скрипели на сгибах, футболка пахла химией, кроссовки давили на мизинцы. Я посмотрел в зеркало.

— Боже, я выгляжу как студент-первокурсник.

Макс зашел в комнату, увидел меня и захохотал.

— Да ты гений!

— Ты думаешь, сработает?

— Если ты еще и волосы приведешь в беспорядок — точно!

Я подошел к зеркалу. Мои идеально уложенные волосы, за которые я платил стилисту бешеные деньги, теперь казались мне неестественными. Я запустил в них пальцы, взъерошил. Потом слегка намочил и снова помял.

— Теперь ты выглядишь так, будто только что встал с дивана после ночи в обнимку с пивом, — одобрил Макс.

— Отлично.

Макс сказал, что обычные люди ездят на автобусе, вот только это было сложнее чем вещи. Я стоял на остановке, сжимая в руке мелочь впервые в жизни я видел железные монеты, и чувствовал, как потеют ладони.

Автобус подъехал, скрипя тормозами, я зашел, сунул деньги в приемник.

— Молодой человек, не хватает пять рублей, — сухо сказал водитель.

— Что?

— Пять рублей.

Я порылся в карманах.

— У меня нет.

— Тогда выходи.

Я покраснел.

— Да ладно, мужик, пропусти парня, — сказал кто-то сзади.

Водитель фыркнул и захлопнул дверь, я сел на свободное место, чувствуя, как на меня смотрят.

Вот так. Теперь ты обычный. Теперь у тебя есть шанс.

Я достал телефон, старый, который купил специально для этого и открыл чат с Максом.

"Я в автобусе. Чувствую себя дерьмом. Надеюсь, оно того стоит."

Он ответил мгновенно:

"Если она наконец посмотрит на тебя — да."

Я глубоко вдохнул.

Лида, теперь ты меня увидишь.

Полгода назад

Макар

Я стоял за углом кафе, прижавшись спиной к холодной кирпичной стене, и считал секунды. Через три минуты Лида должна была выйти. Гитара в чехле дешевая, купленная в подземном переходе неудобно давила на плечо, зачем я вообще ее купил. В руке — стопка тетрадей, которые я одолжил у друзей.

Ровно в 21:30 дверь кафе распахнулась, она вышла, поправляя сумку на плече. Белые волосы, собранные в небрежный хвост, поблескивали под уличным фонарем.

Идиотский план! Идиотский! Но другого выхода нет.

Я глубоко вдохнул и шагнул вперед. Расчет был точным — мы столкнулись ровно под фонарем. Тетради вылетели из моих рук, гитара грохнулась на асфальт.

— Ой, извините! — Я нарочно сделал голос чуть выше, неувереннее.

Присел на корточки, делая вид, что торопливо собираю бумаги. Сердце колотилось так громко, что, казалось, она должна его слышать.

— Вот, держите.

Ее пальцы, тонкие, с коротко подстриженными ногтями без лака протянули мне тетрадь. Я поднял взгляд — ее лицо было так близко, что я различал веснушки на переносице.

— Спасибо.

Я нарочно уронил одну тетрадь, развернулся и сделал несколько шагов.

— Артем!

Я замер. Черт. Черт. Черт. Какой к черту Артем?

Она догнала меня, протягивая последнюю тетрадь.

— Вот еще ваша.

Я взял ее, чувствуя, как под курткой на спине растекается холодный пот.

— Спасибо вам большое, — голос звучал неестественно в моих ушах.

Взглянул на тетрадь, там было большими буквами написано имя друга, ВОЛКОВ АРТЕМ. Черт!