Онлайн книга «Любовь»
|
В двенадцать часов десять минут Дориго поднялся на ноги. Он устал ждать. Он не мог сосредоточиться на рабочих задачах. Требовалось ответить на одно из деловых писем – он перечитал его уже раз двадцать, но так и не понял, о чем там шла речь. И тогда он подумал: «Если через пять минут она не позвонит – значит, не позвонит уже никогда. Может, она вообще не в Милане сейчас, а в Риме, или в той же Модене, или вообще невесть где». Его вызвали по внутренней линии – звонил Марони. Бэлза, начальник картотеки, просил уточнить кое-что по спортивному комплексу. А что, если Лаида наберет его как раз в то время, когда он будет в кабинете у Марони? Дверь в его кабинет была из тех, что закрываются сами – при помощи пружины, приводимой в действие поршнем. Он широко распахнул ее и прислонил к ней стул, чтобы та не закрылась. Дверь в соседнюю комнату он оставил приоткрытой – на ней, к счастью, хитроумной пружины не имелось. Он понял, что Марони наблюдает за всеми его манипуляциями. — Жду важного звонка, – объяснил он, – по межгороду. Марони улыбнулся. — По межгороду, значит? – переспросил он. — Да, со мной должны связаться из Комо. Он лгал довольно умело, хотя обычно ложь давалась ему с огромным трудом. Здесь тоже были часы. Каждую минуту они щелкали. Повсюду в этом здании – эти проклятые щелкающие хронометры. Вот и здесь, в уютно обставленном логовище Марони, циферблат напоминал: двенадцать часов шестнадцать минут, двенадцать часов семнадцать минут… Творческая дискуссия развернулась вокруг фасада одного из проектируемых зданий. Бэлза хотел «что-нибудь представительное», чуть ли не с дорическими колоннами. Убедить его на что-то более приемлемое казалось задачей безнадежной. Краем глаза Антонио подметил, как стрелка часов скакнула вперед. Двенадцать девятнадцать. Она никогда больше не появится, никогда больше не позвонит, канет в туман с другим мужчиной, с целым выводком неведомых мужиков, молодых, очень в себе уверенных. Может быть, оптимальный выбор для фасада – это голая стена, спрофилированная по вертикали? Ему-то что до этих стен! Ну куда, куда она пропала – интересно, там, где она сейчас, есть телефон? Есть ли справочник, чтобы отыскать нужный номер? Хотя где Лаида – и где справочники!.. Разговоры о фасаде безмерно досаждали ему, причиняли почти физическую боль, но все же он поддерживал их, но перемежая речь тягучими, как патока, паузами. Что там у нас на часах? Двенадцать часов двадцать минут. Лаида больше не позвонит. Да существует ли она, эта Лаида? Существует ли девушка с таким диким именем? Скорее всего, ее никогда и не было. Она существовала раньше, но теперь ее больше нет. То есть она, конечно, есть, но она далеко, неимоверно далеко. Сейчас двенадцать часов и двадцать одна минута; вновь щелкнула треклятая стрелка – вот, теперь и он услышал. Ну все, кончен бал… Под каким-то предлогом он оставил Марони и Бэлзу дискутировать о фасаде, а сам закрылся в своем кабинете. Оставшись в одиночестве, он испустил тяжкий вздох. Как трудно владеть собой в присутствии остальных, да еще и смеяться, шутить при этом. Сейчас, по крайней мере, не было опасности, что он не услышит телефонного звонка. Он зажег сигарету, сделал две затяжки и выбросил ее. Показалось, что сейчас уже полночь – такая вдруг воцарилась темень в душе. Это все – безумие, это смешно – попросту недостойно человека его уровня. Такие треволнения – из-за проститутки? Были дни, когда ее и красивой-то язык назвать не поднимался. Так, дурнушка, пусть не образина, но просто – девушка, по которой взгляд скользит равнодушно. Дориго уцепился за эту утешительную мысль. Она – не красавица. Так себе, честно говоря, девица. Нечего перед такой выстилаться. |