Книга Вера и рыцарь ее сердца, страница 84 – Владимир Ланге

Ронни опять не врал, потому что был уверен, что сейчас он первый раз говорит неправду.

— Именем Иисуса прощается тебе этот грех!

Это первое причастие закончилось для Ронни и его семьи настоящим позором.

После того как мальчик проглотил сухарик, данный ему пастором у алтаря, его тут же вырвало прямо на брюки деда. Валентина стала платочком вытирать сначала брюки отца, а потом и ковровую дорожку перед алтарём. Франц бубнил себе под нос ругательские слова, а Ронни, почувствовав себя лишним, убежал на улицу.

На втором причастии мальчик не подкачал, он уже имел слишком много грехов, чтобы все грехи перечислить на исповеди, и очень хороший аппетит, чтобы помочь своей возлюбленной доесть пышный бисквитный торт.

Герда была дочерью директора сосисочной фабрики, и Ронни так надеялся на встречу с ней, но с переходом на работу в транспортный цех его сердце освободилось от ненужных надежд.

Работа грузчика в транспортном цехе недолго радовала юношу, шоферы не признавали его своим, считая, что он директорский любимчик. Иногда его высаживали из машины на пути к месту погрузки, а на обратном пути забирали, то есть в труде грузчика нужды не было. Ездить по городу с недружелюбным водителем грузовика быстро надоело, время в поездках тянулось дольше обычного, а то, что теперь Ронни стал получать не семь центов в час, а десять, радовало только его маму.

Как-то раз машина заехала не в магазин, а в чей-то частный дом, где была выгружена часть товара. На недоумённый взгляд молодого грузчика шофер глухо проговорил: «Не болтай лишнего, пацан, а то твой папка по тебе плакать будет». Кому понравятся такие угрозы?

А тут, как нельзя кстати, Ронни познакомился с бригадой строителей.

По дороге на работу находилась стройка. Каждое утро и вечер проезжал он мимо стройки, и вскоре его стали узнавать строители, приглашая на перекур. Ронни останавливался, раскуривал сигаретку и иногда, забавы ради, подносил на этажи то бадью с бетоном, то кладку кирпичей.

На стройплощадке с раннего утра звучало радио, сообщая прохожим последние новости, точное время, принуждая жителей соседних домов весь рабочий день слушать популярную музыку и последние новости под бойкий перестук мастерков.

Ронни радовался новому общению, тем более что работа грузчиком в транспортном цехе ему порядком наскучила. Оказалось, что поднять наверх все сорок два кирпича, аккуратно сложенные на маленькой узкой дощечке, было необычно интересно, для этого требовались виртуозность и мастерство.

— Сколько тебе платят на фабрике? – спросил его однажды бригадир строителей.

— Десять центов в час, – ответил юноша.

— Я буду платить тебе все тридцать. Что, согласен у меня работать?

— Хорошо, я поговорю с мамой.

«Тридцать центов в час» были магическими словами для Валентины, и она тут же согласилась отпустить сына поработать на стройку. Только Альфонс, вздохнув, сказал:

— Сын, на фабрике работа под крышей, а на стройке – круглый год под открытым небом.

Но это как раз было то, чего хотелось самому Ронни, работать под открытым небом, и теперь он опять отправился в вечернюю школу, чтобы учиться на мастера-строителя.

Со временем банда «Бункерских крыс» стала распадаться. Это происходило само собой, потому что мальчики и девочки взрослели, они создавали семьи, рождались дети.