Книга Вера и рыцарь ее сердца, страница 686 – Владимир Ланге

— Папа, это не секта?

— Вера, если бы эта была секта, то разве мы с мамой пошли бы туда? Мы славим Господа, а наш проповедник Женя поет как Шаляпин. Пастор Дэн ведет школу Библии, где нам, пенсионерам, тоже рады. Хорошо, что Арсеен поправился. Он тебя не обижает?.. А детей?

— Папа, он больной, но до болезни о нем все говорят как о добром человеке… Правда, воровать любит.

— Что-что? Кого он любит?

— Сладости он любит! Папа, а мы вас с мамой любим. У меня деньги кончаются. Целуем. До свидания.

Через три месяца совместной жизни Арсеен и Вера подали бумаги на регистрацию брака в администрацию Ревеле. Свадьба была назначена на третье мая, и при подаче документов на регистрацию брака брачующейся госпоже Лебедевой была выдана оранжевая карта гражданки, как временно проживающей в Бельгии на законном основании. Эта карта давала возможность работать официально, но с получением этой оранжевой карты женщина лишилась всех льгот и пособий!

С раннего утра будущие молодожены выезжали из дома на поиски работы, а работы в Ревеле для Веры не было. Хотя за обеспечение семьи отвечал только Арсеен, но на скудность пропитания никто не жаловался, даже дети, отвыкшие от такого внимания, искренне радовались своему переезду в дом настоящего мужчины.

Родственники Арсеена по-прежнему держались стороной, только иногда брата навещала добрая Клара, сестра Арсеена, но чаще сестры Клары их навещал участковый полицейский агент, которого интересовали все тонкости отношений между женихом и невестой.

Кто любит говорить о своей сексуальной жизни с незнакомым человеком, даже если он и является полицейским при исполнении? Но делиться интимной информацией своей жизни с господином полицейским Вере и Арсеену пришлось, потому что бельгийской королеве, прежде чем разрешить своему подданному жениться на иностранке, важно было знать все тонкости их интимной жизни.

Если Арсеен честно признался полицейскому на допросе, проходящем в полицейском участке, что он импотент, то Вера свою сексуальную трагедию литературно приукрасила, и хотя стыд сжигал глаза, но она не думала отступать. Пусть и королева узнает, как подданного Ее Величества любит русская женщина.

Подошел день брачной регистрации, которая должна была состояться в администрации Ревеле ровно полдень. У Веры как не было работы, так и не было, и свидетелей для законного бракосочетания у них тоже не было, зато у обоих было с утра исключительно хорошее настроение. Для поездки в Ревеле, где находилась районная администрация, был заказан автобус, он прибыл за час до начала брачной церемонии.

Перед выходом из дома Арсеен и Вера обнялись, чтобы поцелуем скрепить их решение стать мужем и женой. Утро было ясное, небо синее, и даже солнце брызгало светом, как шампанским, благословляя их брачный союз.

Перед уходом из дома зазвонил домашний телефон. Арсеен вернулся в гостиную, поднял трубку телефона и чуть не оглох.

— Папа, если женишься на этой русской бабе, то ты нам больше не отец! – кричала в трубку его младшая дочь.

— Хорошо, тогда и наследство делить не надо.

— Ого, как у вас далеко зашло! Ты больной, так лечись, а не женись. Эта русская нелегалка пустит тебя по миру, а этого мы не хотим. Ты обязан с нами считаться, мы твои дети, а эта…

Арсеен положил говорящую трубку телефона на рычаг, потому что никто не имел права портить ему настроение в такой день. Вера между делом просматривала почту, что за два дня накопилась в почтовом ящике. Среди писем находилась открытка, согласно которой ей надлежало лично явиться на почту в Ревеле, чтобы получить какое-то заказное письмо.