Книга Вера и рыцарь ее сердца, страница 636 – Владимир Ланге

— Пусть даже мой любимый мужчина будет инвалидом, пусть даже инвалидом на коляске, лишь бы он не пил и всегда был дома, а я буду работать, зарабатывать деньги и за ним преданно ухаживать, – мечтала она о своём будущем, уже без всякого влияния успешной американки.

Однажды у Веры от тоски совсем ум зашёл за разум, и ей представилось, что её утешает она сама, только не нынешняя, а пришедшая из будущего. Такие воображаемые приходы счастливой Веры из будущего поддерживали женщину в настоящем времени, как приход близкого человека к тяжелобольному, а потом её клонило ко сну, где все говорили на русском языке и никто ни у кого не спрашивал, откуда он родом и как попал за рубеж.

Какую-то надежду на изменение судьбы давали женщине приходы одного из сокурсников по языковой школе, профессора с Ближнего Востока, который навещал её дома, чтобы вместе готовиться к контрольным работам. Вера присматривалась к этому мужчине, но в миграционном быту этот профессор был нищ и жалок.

Не вписывался в её планы и знакомый Борис, скрипач и пилот из бывшей Югославии. Через месяц после того, как Вера выгнала его из своего дома, он опять пожаловал в гости, но трезвый и с цветами, а через час, с аппетитом прихлёбывая борщ на её кухне, обвинял Веру в бессердечности, потому что она выгнала его на улицу, когда он мучился от болей в животе.

— Тебя, Верочка, должна мучить совесть. В ту ночь, когда ты меня не впустила в дом, у меня был вырезан аппендицит! Как ты можешь после этого ходить в церковь!

Вера прервала эту речь просьбой:

— Борис, покажи-ка мне рубец от операции.

Это был момент воссияния правды! Бориса тут же окружили любопытные дети, пришедшие домой из школы, так как была среда, а в среду школьники учились только до обеда. Таня и Витя лично хотели убедиться в правдивости Бориса, который заплатил адвокату пять тысяч долларов за то, чтобы мама получила гражданство. Но разве можно поймать барона Мюнхгаузена на лжи?

— Вера, мне сделали операцию через зонд, вставленный в задний проход.

Этот приход Бориса завершился …кражей Вериного мазута!

Вера заметила отсутствие Бориса за вечерним чаем, но слишком поздно, за это время тот успел втихомолку набрать большую канистру мазута, на котором подогревался котёл с водой для центрального отопления. Тут Борис был второй раз с позором изгнан из её дома навсегда, а через неделю его приютила Даша.

Зима в Бельгии ничем не отличалась от поздней осени, только дни становились короче, и тоска беспросветно владела мыслями и душой.

В такой тёмный неприятный вечер на пороге дома появилась Катюша. Она со слезами на глазах сообщила маме, что ушла от Кобы. От этой новости в доме сразу посветлело и словно прибавилось тепла.

— Ура, Катька образумилась! Домой вернулась. Я же говорил, что Коба козёл!

В отличие от Вити, Танюша не стала так агрессивно радоваться, она обняла сестру за плечи и с нежностью младшей сестрёнки стала гладить её по плечам, а перед сном в спальню к старшей дочери поговорить по душам зашла Вера.

— Катюша, что произошло? Коба тебя обижал?.. Изменил?.. Руку на тебя поднял?

— Попробовал бы только поднять! Я думаю, мама, что мы с ним не пара!

— Вот тебе и на! Не поздно ли ты это поняла… Кстати, я давно Жанну не видела. Как поживает твоя подруга? Вы давно с ней встречались?