Книга Вера и рыцарь ее сердца, страница 200 – Владимир Ланге

— Время идти в атаку! – сказал Ронни вслух и, не глядя на Каролин, припарковал машину.

Мужчина занимался с Каролин любовью на заднем сиденье своего белого «Мерседеса». Его опыт по «объезжанию» девственниц оказался недостаточным, чтобы легко справиться со своей мужской миссией. Такое положение дел задевало самолюбие Ронни, и он проявил не свойственное ему насилие. Лежа на спине на заднем сиденье богатого автомобиля с широко раздвинутыми ногами, Каролин страдала от боли. Боль была нестерпимой, но она не имела права спугнуть жениха неосторожным криком.

Когда зашитая «девственность» была разорвана, то всё заднее сиденье автомобиля было липким от крови, где Каролин и просидела, пока Ронни не привез ее домой. Помолвленный доктор заботливо обработал раны в промежности своей бывшей любовницы и сделал обезболивающий укол.

Исполнив мужской долг, Ронни без происшествий довез себя к гаражу и тут же, у руля, уснул пьяным сном. Проснувшись с головной болью, он ахнул. Все заднее сиденье «Мерседеса» было пропитано кровью девственницы. Он попытался отмыть это большое пятно, но его затошнило. Ему на подмогу пришла сестра Диан, которая губкой, пропитанной посудомоечным средством, оттерла с сиденья машины бурые пятна крови и за это получила от брата денежное вознаграждение за старания и молчание. Конечно, Диан все рассказала маме, ябедничать на своего брата вошло в привычку. Валентина была довольна, всё шло по придуманному ею плану.

Через три недели Ронни вернулся домой из рейса в Португалию. Не успел он въехать на территорию гаража, как какая-то шальная девица кинулась к его грузовику. Он резко затормозил, но не успел он сойти с подножки на землю, как эта нахалка принялась его бессовестно обнимать.

— У нас с тобой будет ребенок! Ронни, как довольна моей беременностью твоя мама! Она сняла нам комнату прямо рядом с твоим гаражом! Пойдем, мой хороший, домой!

Ронни не смог вытерпеть такого фамильярного обращения с собой, сбросив с себя неухоженные руки Каролин, сел в свою машину и укатил в родительский дом.

А дома мама все уши проговорила о будущем ребеночке, которому она уже присмотрела в магазине колясочку. Диан смотрела на брата восторженным взглядом, ища в нем признаки будущего отцовства. Альфонс молчал, но хмурился.

На следующее утро Ронни укатил в очередной рейс на восток. Рейс был недолгий, и через несколько дней Каролин опять встретила будущего отца ее ребенка принародными поцелуями и объятиями.

— Как я тебя ждала! Потрогай мой животик, там растет наш ребеночек. Видишь, в том доме на втором этаже окна нашей спальни.

Ронни не стал слушать, что говорила ему эта уродина с впалыми щеками, он уселся в свой «Мерседес» и помчался в кафе, чтобы напиться и скорее забыть этот кошмар с беременностью.

В этот раз Ронни пил виски. От виски он быстро опьянел, но забыть про Каролин и ее ребеночка никак не мог. По дороге домой мужчина разбил свою машину о бетонный бордюр, неожиданно появившийся на обочине дороги. Было поздно, кафе закрылось. Ронни тошнило, и болела голова. Он хотел спать. Окно квартиры рядом с гаражом еще светилось призывным светом, и со словами «беременность к беременности не пристает» Де Гроте пошел спать в квартиру, где его уже поджидала Каролин.

В эту ночь Ронни не осторожничал в постели, он взял сиротку как дешевую проститутку. Именно в эту ночь и был зачат их первый ребенок, который обязывал мужчину жениться на самой нелюбимой женщине в мире.