Книга Прикосновение смерти, страница 45 – Элис Вайлд

Смерть отступает назад, нахмурив брови в замешательстве.

— Что ты имеешь в виду?

— Пока действует сделка с Аидом, никто не может ступать в покои бога без прямого на то разрешения, – говорит он.

— Единственное исключение из этого правила – это если поблизости будет находиться чей-то приятель, – добавляет Персефона.

— А ты не могла сразу начать с этой информации? – говорит Смерть. Мой взгляд мечется между ними, пока я пытаюсь понять логику этих богов и их странных правил. – И все же я не оставлю ее с ним наедине.

— Тогда, возможно, стоит пойти на компромисс, – вздыхает она, и благоухающий воздух сгущается вокруг нас, – вы просто втроем поселитесь в одной комнате.

На мгновение воцаряется тишина, затем Эрос слегка приподнимает и опускает плечи, и я понимаю, что он таким образом соглашается с ее компромиссом.

Нахмурившись, я поднимаю взгляд на Смерть. От него все еще исходят тьма и мороз, хотя их и смягчает теплый ветерок, в то время как он сам смотрит на остальных.

Несмотря на то, что они нам рассказали, у меня такое чувство, что он не намерен принимать это предложение. Быстро шагнув вперед, пока гнев Смерти не вернулся, я мягко кладу свою руку поверх его руки. Мгновенно он поднимает глаза и его взгляд смягчается, когда он смотри на мое лицо.

— Это временно, – мягко говорю я, – а нам нужна любая помощь. Кроме того, пока ты будешь рядом со мной, мне не причинят вреда.

— Хорошо, – говорит Смерть, слегка расслабляя плечи, – но это не значит, что я доверяю тебе, Эрос.

— Что ж, похоже, мы наконец-то пришли к взаимопониманию, – говорит Эрос, хищно ухмыляясь. – Смерть, добро пожаловать в мои личные покои.

Достаточно лишь одного ее прикосновения.

Одно ее касание и я чувствую, как ледяная ярость внутри меня тает.

Одно ее слово и моя решимость рассыпается на миллион осколков.

Если Хейзел попросит меня склонить голову перед мечом, я, не сомневаясь, сделаю это. Стоит ей только попросить, и я сделаю все что угодно, отдам все что угодно ради нее.

И все же я знаю, что эти обещания не более чем красивая ложь. Иллюзии самоотверженности, которые на самом деле ничего не значат.

Я встану на колени, но клинок не убьет меня. Она попросит меня о прикосновении, но я откажусь, боясь причинить ей вред.

На самом деле я бессилен, наблюдая, как другой мужчина прикасается к ней, приглашает ее в свою постель… и она соглашается.

Возможно, я ошибался насчет картины, насчет глубины ее чувств ко мне. Возможно, Эрос прав и она действительно хочет его, а я слишком слеп, чтобы увидеть это.

В конце концов это я убил ее поцелуем, которого она не просила. Могу ли я винить Хейзел, если она желает кого-то другого?

Кого-то, кого она сможет поцеловать без угрозы смерти.

Мое сердце снова застывает при воспоминании об их поцелуе, и я сглатываю стыд, злясь на себя за то, что так легко сломался. Я поклялся защищать ее, о чем я только думал, когда приехал с ней в этот город, а теперь… теперь я еще и привел ее прямо в логово льва.

— Ладно, – говорит Персефона, хлопая в ладоши и возвращая мое внимание к себе. – Я рада, что все улажено.

Я кривлюсь от ее напускной веселости и замечаю, что она, избегая моего взгляда, делает шаг назад. Я наблюдаю за ней, чувствуя, как беспокойство начинает закрадываться в ее благоухающую ауру.