Книга Обреченность, страница 122 – Виктория Павлова

— Письмо? – Ник скептически наклонил голову и задумался. – Знаешь, он ведь улетел тогда в Этерштейн, сразу после твоих похорон. Я думал, он там и останется. Но он вернулся. – Ник помолчал. – Ты уверена, что больше никто о тебе не знает?

* * *

Через шесть часов я сидела за рулем «Юкона» около полицейского участка на Двадцатой Авеню. Сидела, боясь выйти из машины и столкнуться с отцом. После того как мы договорились с Ником, он вел себя тактично, деликатно решив все вопросы. Вернул мне машину со штрафстоянки и Джоша из-под ареста, но ощущение обреченности нарастало. Боюсь, теперь, что бы я ни делала, все равно окажусь в начале пути. Таймер сделки с Ником начал отсчет, и часть меня испытывала облегчение, но другая – протестовала.

Сейчас главное вернуть Джоша в Сан-Франциско, а кейс – генералу. Что делать дальше, подумаю по дороге.

Джош вышел из участка и остановился у дороги, озадаченно поглядывая по сторонам. Заметил «Юкон», и на его лице мелькнули обида, непонимание, злость. Он насупился и медленно направился в мою сторону, забрался внутрь с непроницаемым лицом и молчал, пока я выруливала на шоссе.

— Ты в порядке? – спросил он немного погодя.

Я кивнула.

— А что с машиной? – Он с подозрением ждал ответа.

— Несчастный случай. Ничего серьезного.

Он неопределенно хмыкнул:

— Я тебе звонил, ты не брала трубку.

— Потеряла телефон.

— Потеряла телефон и разбила машину? – укоризненно произнес Джош.

— Неудачный день.

— Неужели? – ядовито сказал он. – И ничего не хочешь объяснить?

Я смотрела на дорогу.

— Ты вообще знаешь, кто такой Ник Эберт и почему меня посадили в камеру?

Я ощущала требовательный взгляд Джоша щекой и виском. Взгляд словно колол и выжигал изнутри. Или дело было во мне. Изнутри выжигал страх: страх, что ситуация выйдет из-под контроля и опять кто-нибудь умрет. Джоша нужно скорее вернуть домой в целости и сохранности. Я выжала газ.

— Ты напал на человека. Ничего удивительного.

— То есть, по-твоему, это я во всем виноват? А разве не странно, что мы наткнулись на кого-то, кого ты боишься?

— Я его не боюсь, – фыркнула я.

— А что ж тогда ломанулась от него? – раздосадовано воскликнул Джош.

Я молчала.

— Черт, Скай, с тобой вечно что-то случается! Ты ходячий генератор неприятностей! – Он сложил руки на груди, и в его молчании застыли обида и негодование. – Или мне лучше называть тебя Терезой? – саркастично уточнил он.

— Меня зовут Скай Моррис!

— И тебе еще не надоело убеждать в этом окружающих? – пробурчал Джош.

— Прости. Я не хотела, чтобы тебя арестовали.

Джош обиженно молчал.

— Что тебе сказал Ник?

— После того как я послал его к черту миллион раз, он больше не захотел разговаривать. Куда мы, кстати, едем?

— Обратно, в Сан-Франциско. – Я старательно держала себя в руках.

— Вот так, значит, – поморщился Джош. – Ладно, давай делать вид, что ничего не произошло. Как обычно. Почему бы и нет? – Он нахмурился и отвернулся. – Нужно забрать ответ для генерала.

— Я забрала. Лежит на заднем сиденье.

Тут я отчетливо почувствовала, что Джош близок к взрыву, но он справился с собой и промолчал. Несколько часов мы провели в тишине, меняясь за рулем и даже пытаясь поспать.

— Так ты точно уверена в своих показаниях? – как бы между прочим спросил Джош, когда я снова его сменила. – Тебе придется как-то объяснять боссу.